Об этой проблеме я, по правде сказать, услышал впервые и вызвал на сцену начальника коммунальной службы Трофимово. Он отрапортовал, что есть проблемы с насосной подстанцией, гидроаккумулятор которой дышит на ладан. А вот средств на замену, к сожалению, на данный момент не выделено. И это, как я понял, был камень в мой огород.
Я пока не стал жестко кошмарить главного коммунальщика по поводу нецелевого расходования и воровства выделенных денежных средств, но галочку себе поставил. Надо будет попросить Ольгу, чтобы проверила коммунальщиков. Со своей стороны я пообещал завтра же выделить денег на насосную подстанцию, а в ответ запросил бумаги и отчеты по расходам, причем, чтобы это были обязательно первичные документы. Их на данный момент не должно быть слишком много. И если я узнаю, что они там приворовывают, то простым увольнением начальник у меня не отделается.
Попутно я шепнул Кузьмичу, чтобы узнал по неофициальным каналам, как ведутся дела в коммунальной службе: кто их подрядчики и поставщики, а также по какому принципу их выбирают. Система откатов, конечно, процветала на всей территории империи, но надо быть совсем бессовестным негодяем, чтобы наживаться в такой непростой период на насущных нуждах жителей поселка.
Я очень надеялся, что все мои подозрения беспочвенны и денег действительно просто не хватило. Хотя, учитывая выделенную на это сумму, меня на этот счет терзали смутные сомненья.
После того, как разобрались с вопросом подстанции, я посмотрел на часы. От начала собрания прошло сорок минут. Значит еще, как минимум, двадцать надо протянуть. Я шепнул Кузьмичу, что надо бы послушать голос народа, но если все застесняются, то ему придется спасать ситуацию и выкручиваться за всех. Староста с готовностью кивнул. И, зная его охоту потрындеть на любую предложенную тему, я не сомневался, что Кузьмич может хоть полчаса, хоть час языком чесать. Поэтому за финальную часть собрания я особо не переживал.
Я вышел к трибуне и обратился к залу, пригласив желающих выступить по поводу условий жизни и текущих потребностей. И, судя по количеству поднятых рук, помощь Кузьмича в этот раз не понадобится. Точнее, она ограничится только тем, что он сам выберет следующих ораторов. Это я ему сразу и предложил.
Староста мигом приосанился и вызвал для начала солидного мужчину в дорогом костюме. Тот оказался заезжим бизнесменом, который по делам был в Елабуге. Услышав про бурные перемены и рост Трофимово, он решил приехать сюда и воочию все увидеть, а заодно проведать Григория, владельца автосервиса, с которым был на короткой ноге.
Не ходя вокруг да около, он предложил открыть в Трофимово представительство своего строительного бизнеса. Почувствовав потенциал поселка, да и всего надела, который был очень удобно расположен между двумя крупными городами, Казанью и Ижевском, он решил первым застолбить злачное местечко. При этом, ответным ходом, он изъявил желание заключить долгосрочный контракт с моей лесопилкой на поставку древесины для строительных работ.
Это был очень хороший знак. Знак, что вера в потенциал моего надела теперь есть не только у меня и моей команды, но и у возможных инвесторов с большой земли.
Я предложил выступающему отдельно созвониться и договориться о встрече, чтобы обсудить детали. Обменявшись со мной рукопожатием и визитками, мужчина важно удалился со сцены и вернулся на свое место в первом ряду.
После него выступило несколько жителей с исключительно хвалебными речами и благодарностями, ну и, конечно, с намеками, что на выходе из клуба меня ждет приятный сюрприз.
Когда собрание подходило к концу, я искренне надеялся, что сюрпризы на выходе из клуба будут исключительно приятными, а не обернутся очередным кровопролитием.
Мы с Ярцевым подождали, пока основная масса присутствующих покинет зал. Кузьмич, к слову сказать, вообще убежал первым, как только отзвучали финальные аплодисменты. Похоже, пошел всех строить перед моим выходом.
Когда зал практически опустел, мы с Ярцевым и Коршуновым переглянулись и молча пошли к выходу. Двое бойцов, дежуривших у сцены, двинулись впереди нас, внимательно глядя по сторонам и сняв автоматы с предохранителей. Было видно, что Ярцев их заранее строго предупредил о высоком уровне угрозы. Передо мной шел Виктор Петрович, а замыкал шествие Степан Иванович.
Когда я вошел в холл клуба, то нутром почувствовал, что здесь что-то не так. Оглядевшись по сторонам, я не увидел ни души. Это было странно, учитывая то количество народа, которое совсем недавно вышло из актового зала. Не исключено, что кто-то поработал здесь через аспект псионики.
Я остановился и прислушался.
— Туалеты проверяли? — быстро спросил я Ярцева.
— Да, — в голосе Ярцева не было никакой обиды на то, что я усомнился в его работе. Он просто констатировал факт.
— Окна есть?
— Да. — В интонациях Виктора Петровича начала нарастать тревога.
— Зарешеченные?
Хотя, когда я задал последний вопрос, это было уже не важно. В этот момент в меня из закутка, ведущего к туалетам, уже летело три сюрикена.
