Наверняка, отравленные, да еще и магией какой-нибудь сдобрены, — вихрем пронеслось у меня в голове.
Время внезапно замедлилось, как это уже не раз бывало в особо критических ситуациях. Процесс этот я никак не мог контролировать. Но уже одно то, что он наступил, говорил о том, что нужно по максимуму использовать его возможности.
Смертоносные сюрикены медленно, но неумолимо приближались. Они были нацелены в голову и шею. Убийца, кто бы он ни был, знал, что у меня под костюмом укрепленный магией броник.
Увернуться от заточенных кусочков стали надо было еще постараться. Мое тело застыло, как мушка в янтаре. Время замедлилось только для восприятия. Тело осталось там, где сюрикены летят с бешенной скоростью.
Нас учили в академии входить в подобное состояние замедления времени. И по началу мы могли только наблюдать. Тело застывало. Инструктор говорил, что эта защитная реакция организма. Если ее не будет, то любое движение в таком состоянии грозит разрывом мышц и связок. Наше тело просто физически не приспособлено двигаться со скоростью пули.
Это уже потом, достигнув четвертого уровня, можно было начинать практиковать магические техники, размораживающие тело и позволяющие двигаться со огромной скоростью. Но пока я не достиг даже первого.
И как бы я не заставлял мою голову с шеей отклониться от летящей смерти, это не работало. Движение было слишком медленным, практически незаметным.
Но тут передо мной еле заметной пеленой засиял магический щит. Коршунов среагировал молниеносно. Видимо, заклинание было заготовлено заранее. И теперь самое главное, чтобы сюрикены не были сделаны с примесью этериума. Иначе у них есть шанс пробить щит. Они, конечно, потеряют при этом большую часть убойной силы, но ее все равно хватит, чтобы пробить мне артерию или горло.
И вдруг у меня снова запылал адским огнем шрам. Что бы там ни пытался сделать сейчас мой невидимый учитель, это не сработает. Рука просто не успеет дотянуться до шрама, чтобы зачерпнуть энергию пустоты.
В следующий миг, я с удивлением почувствовал, как сила вышла из моего шрама по доселе неизвестному каналу и потекла к солнечному сплетению. Одновременно с этим мана из источника мощным потоком ринулась туда же. Пальцы на моей правой руке, превозмогая адское сопротивление, собрались в щепоть.
Одновременно с этим я видел, что сюрикены уже врезаются в щит Коршунова и прошивают его насквозь.
Все-таки этериум, — в отчаянии подумал я. Теперь вся надежда только на магию пустоты и на моего незримого помощника. Если это не сработает, то я труп — один из сюрикенов летел мне прямо в горло.
А в следующую секунду время внезапно вновь потекло в своем обычном темпе. Я услышал, как звякнули о кафель металлические звездочки и тут же раздался топот солдатских сапог по направлению к туалету. Над моим ухом прозвучал обеспокоенный голос Ярцева:
— Ваше сиятельство, вы в норме?
Я непонимающе огляделся по сторонам. Сюрикены лежали у моих ног. Они были сильно оплавлены, а один даже разлетелся на две половины. Передо мной стоял Ярцев, а позади довольный Коршунов. Сразу было понятно, что отражение атаки он записал полностью на свой счет. Пусть так и будет. Чем меньше он знает про использование магии пустоты, тем лучше.
Однако, я понимал, что Коршунов тут совсем не при чем. Сюрикены пробили его щит. Но мне было показано новое заклинание, которое и отразило угрозу. Жест, когда пальцы собираются в щепоть, был общеизвестным среди чародеев. Он активировал магическую кольчугу, что в общем-то со мной и произошло. Однако, она спасла меня от поражающих элементов на основе этериума. А вот это было весьма необычно.
И еще одним странным моментом было то, каким способом я это сделал. Никаких зачерпываний из шрама в этот раз не было. Энергия пустоты прошла там, где раньше не было таких широких каналов. Соединившись с маной, она скрыла свое присутствие и выдала заклинание, которое даже Коршунов не почувствовал. Это был новый и необычный опыт, который требовал дальнейшей проверки и тренировки. Нелепое движение рукой к шраму меня ужасно раздражало.
— Все хорошо, Виктор Петрович, — успокоил я Ярцева и обернулся к Коршунову. — Благодарю вас, Степан Иванович. Если бы не вы… — Я многозначительно поднял брови и развел руками.
В этот момент из туалета раздались приглушенные хлопки. Похоже, что бойцы Коршунова хорошо сделали свою работу. Даже слишком хорошо. Угроза, по всей видимости, была устранена. Но вот я при этом остался без информации, которая, возможно, могла бы помочь избежать дальнейших покушений.
Окончательно придя в себя, я начал раздавать приказы:
— Виктор Петрович, сюрикены надо забрать с собой. Только осторожно. Они, похоже, отравлены. Степан Иванович, — я обернулся к Коршунову, — туалет следует закрыть, а окно занавесить. Судя по выстрелам, киллер мертв. Тело вывезете ночью через черный ход. Ну, а дальше вы знаете… Никто о случившемся, кроме старосты, знать не должен. У людей праздник… да и не к чему им это.
Коршунов согласно кивнул, и мы с ним направились к туалету, из которого уже вышел один из бойцов.
