— Добрый день, Андрей Филипович, — поприветствовал я его елейным голосом. — Не знаю, как у вас, но у меня он действительно добрый.
— И я вас категорически приветствую, Александр Николаевич, — сухо и несколько раздраженно ответил мне граф Доронин.
Услышав его недовольный голос, я потешил себя мыслью, что внес свой посильный вклад в этот упаднический тон.
— С вами хотел бы переговорить лично генерал-губернатор. Переключаю.
Ну какая же прелесть, подумалось мне. Еще и секретарем побыть заставили. Беднягу наверняка сейчас трясет от гнева.
— Александр Николаевич? — раздался в трубке приветливый голос князя Зубова.
— Доброго вам дня, Михаил Петрович, — откликнулся я. — Судя по вашему располагающему тону, эти дни для вас, как вчерашний, так и сегодняшний, оказались поистине добрыми.
— Вы совершенно правы, милейший, — лениво-довольным голосом ответил генерал-губернатор. — Император выказал мне свои полные доверие и поддержку. Он, к слову сказать, и вас упомянул. В очень даже положительном ключе. Отпрыск великого рода, достойный сын отечества и прочее и прочее. Так что, отчасти благодаря моим рекомендациям, вы теперь на хорошем счету у Государя.
— Вы бы знали, как приятно мне это слышать, ваше превосходительство. — Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно искреннее. — Если бы я мог, то непременно лично заверил бы Его Императорское Величество в своей безоговорочной преданности.
— Возможно и вам когда-нибудь представится такая возможность. Во всяком случае, я бы очень этого хотел. — Князь даже и не пытался скрыть равнодушие и скуку в голосе. — Но я вот еще почему вам звоню, Александр Николаевич. Сегодня у меня был довольно долгий и откровенный разговор с князем Филатовым Михаилом Алексеевичем. И мы с моим другом сошлись на мысли, что он несколько погорячился по отношению к вам. Больше скажу, он согласился увеличить цену на известный вам предмет вдвое. То есть до четырехсот тысяч. И поверьте мне, милейший граф, это лучшее на данный момент предложение, учитывая довольно посредственное качество артефакта.
Вот жулик! А про расторгнутый контракт — ни слова. Свою выгоду терять не хочет. Похоже, что Филатов понял, что сейчас силовое решение вопроса с сердцем голема ему явно подпортит репутацию, поэтому решился на такой вот спорный компромисс. Ну уж нет! Дальше игра будет идти по моим правилам.
— Я весьма сожалею, ваше превосходительство, но артефакт уже продан и скоро отправится к своему покупателю.
В трубке воцарилось долгое и угрожающее молчание.
Так и не дождавшись ответа генерал-губернатора, я продолжил:
— Но, если князь Филатов изволит подождать, то в течение месяца я постараюсь добыть еще один такой же артефакт. — Я выдержал небольшую паузу. — Вот только цена на него из-за высоких накладных расходов, к сожалению, вырастет и составит шестьсот тысяч. Если такие условия устроят князя, то я сразу же приступлю к работе.
— И кому же вы продали артефакт? — после продолжительного молчания весьма холодно спросил генерал-губернатор.
— Покупатель предпочел остаться инкогнито, ваше превосходительство. Но, как говорится, шило в мешке не утаишь. Я думаю, когда сердце голема подключат к производственному процессу, всем всё станет ясно. Однако, сейчас я связан условиями о неразглашении и не могу открыть личность покупателя.
— Вы не перестаете меня удивлять, юноша, — с оттенком легкой неприязни в голосе, произнес генерал-губернатор. — Однако, порой вы играете с огнем. И делаете это, сдается мне, вполне осознанно. Ну что ж, могу лишь пожелать вам удачи. Всего доброго, граф. — И князь Зубов закончил разговор.
Здесь было над чем поразмыслить. Генерал-губернатор, как я понял, был человеком слова и долги привык отдавать. Иначе бы он не порекомендовал меня Государю. Если, конечно, принимать его слова за чистую монету. С другой стороны, князь Зубов, как и обещал, не выдал моей тайны насчет зафиксированного на снимках странного поведения аномальных монстров в моем присутствии. Это тоже делало ему честь.
Но теперь, судя по всему, генерал-губернатор вполне мог счесть свой долг полностью выплаченным. А значит на дельнейшую поддержку с его стороны рассчитывать не стоит. Даже наоборот, учитывая его приятельские отношения с князем Филатовым, он, похоже, может начать вставлять мне палки в колеса.
Ну что ж, предупрежден, значит вооружен. Врагов у меня становилось все больше, а значит нужно быть предельно осторожным, и, не теряя времени, приступить к осуществлению своих планов.
После обеда у меня наконец-то появилось время для другого весьма важного дела, которое я постоянно откладывал. Я оседлал квадроцикл и помчался к месту недавнего побоища. Мне нужно было убедиться, что имперский спецназ разобрался с туннелем, идущим из земель графа Волкова. Каково же было мое удивление, когда я увидел вход в туннель абсолютно нетронутым. Это вполне вписывалось в подлую стратегию генерал-майора Жохова, которому в тот момент подчинялись силы армейского спецназа.
Я достал телефон и набрал Коршунова.
