Из тех, кого имело смысл назвать прямо сейчас, я сумел вытащить из головы только имя Виталия Юрченко, который должен был «уйти» через пару месяцев во время командировки в Рим. Там вообще получилась мутная история, Юрченко сначала совершил побег, несколько месяцев находился в США, сотрудничал с ЦРУ а потом сумел убежать обратно, рассказав историю о том, что его якобы похитили американцы. Была ли это неудачная попытка предательства — уже потом появилась версия о том, что Юрченко обиделся на новых хозяев за то, что они не отсыпали ему корзину печенья вместе с бочкой варенья, а наоборот обошлись весьма жестко — или спецоперация советских спецслужб, я не знал. Просто потому что однозначный ответ на этот вопрос в будущем так и всплыл. С другой стороны это не помешало мне сдать Юрченко с потрохами, пускай Чебриков сам разбирается с этим мутным типом, ему виднее.
Вторым фигурантом, чье имя я пока придержал до лучших времен — вдруг мне потом еще раз понадобится удивить чекистов, приятно играть в карты имея в рукаве подобные козыри — стал Василий Митрохин. Этот деятель в течение своей службы в архивах КГБ делавший копии разных секретных документов и «толкнувший» свой архив британцам при первом же удобном случае. Случай тогда представился уже после развала СССР в 1992 году, но брать предателя можно уже сейчас, не для развлечения же он документы таскал. Ну и понятно, что прямо сейчас от него никакого вреда нет, сидит он на купе секретов ну и пускай пока сидит, взять его мы всегда успеем.
Гораздо больше имелось у меня в памяти предателей которые перекинулись уже позже, после развала СССР, во времена «святых» девяностых и чуть менее святых нулевых. Вот только что делать с этими именами и вовсе было не понятно. У ж слишком специфические сложились исторические реалии, когда страна, которой ты давал присягу разваливается, когда общество вокруг мутирует и человек становится человеку волком… Можно ли отсюда из 1985 года судить человека ставшего предателем через пятнадцать лет? Или двадцать? Сомнительно, если мы все сделаем правильно, то может быть и самого предательства не будет, не сложатся те обстоятельства. А с другой стороны, можем ли мы рисковать, когда на кону благополучие страны? Короче говоря, тут было над чем крепко подумать.
Вышел из душа, обтерся, посмотрел на себя в зеркало. Нет, не красавец. Лишнего жира не так много, но и мышцы как бы тоже… Дрябленькие. Потыкал себя пальцем в правую дельту, она, прям скажем, отсутствовала. Ладно, турник мне уже приладили в дальней комнате, которая теперь будет «тренировочной», гантели завезли, лавку поставили со штангой, даже все ту же беговую дорожку притараканили откуда-то. И я уже даже пробовал заниматься. Подтягиваться — с трудом аж целый один раз сумел, позорище, — в общем, лиха беда начало.
— Что у нас на ужин? — Накинув халат я спустился на кухню. Там меня уже ждала Раиса, причем, судя по ее загадочному выражению лица, она что-то задумала. Ну посмотрим…
— Гречка по-купечески, как ты любишь, — жена жестом фокусника достала из духовки глиняный горшочек и большой ложкой переложила его содержимое в поставленную передо мной тарелку.
Конечно, сама она не готовила, в доме имелась прислуга, но сейчас по вечернему — уже фактически ночному времени — тут кроме охраны никого не было. Собственно, и охрана в дом особо не заходила, контролируя территорию вокруг и не мешая жильцам излишней назойливостью.
Надо признать, что гречка пахла отменно. С подливой и большими кусками мяса…Вот только время было уже десять часов, нажираться жирного перед сном совсем не хотелось. Эту мысль я Раисе — она как раз пристроилась, рядом выжидающе глядя как я буду ужинать, ну точно что-то задумала — и озвучил.
— А ничего полегче нет? Салатика какого-нибудь?
— Что с тобой, Миша? — Глаза жены откровенно полезли на лоб, видимо мысль о том, что муж может поужинать салатом и чаем с бутером «первой леди» не приходила. — Это же твое любимое блюдо, ты всегда говорил, что можешь есть кашу с мясом на завтрак, обед и ужин.
— «Чертов Горби», — промелькнула у меня мысль, — «как он только столько прожил с такой диетой».
Вслух я, однако, сказал иное, что мол никто не молодеет и после тяжелой пищи засыпать стал с трудом. Впрочем, каша действительно была приготовлена отменно, не сказать, что я такой уж большой фанат гречки, но тут был настоящий шедевр. И специи подобраны правильно и легкая осетринка на послевкусии, как я люблю и овощная составляющая присутствует. В общем — не подкопаешься.
— Миша, там же в Женеве переговоры идут по ракетам, об этом в «Правде» писали. Давай слетаем в Швейцарию на пару дней, тошнит уже от Москвы этой серой, хочется погулять, на Альпы посмотреть, — в голосе жены было столько патоки, что даже меня записного сладкоежки начало подташнивать.
