В преддверии намеченного подписания так называемого Единого европейского акта, предусматривающего расширение полномочий наднациональных органов в рамках Европейского сообщества, Советский Союз считает необходимым высказать предостережение в адрес западных партнеров и всего международного сообщества.
Как известно, в рамках ЕЭС активизировались дискуссии о возможном вступлении в Сообщество стран, официально сохраняющих нейтральный статус, в первую очередь Австрии и Финляндии. В этой связи правительство СССР считает необходимым подчеркнуть: нейтралитет этих государств был зафиксирован по итогам Второй мировой войны и является неотъемлемой частью Потсдамского миропорядка, который и по сей день служит краеугольным камнем стабильности в Европе.
Вступление указанных стран в организации, подконтрольные участникам военного блока НАТО и обладающие наднациональными структурами, способными оказывать влияние на внутреннюю и внешнюю политику, будет рассматриваться Советским Союзом как грубое нарушение международных обязательств и подрыв сложившегося баланса сил на континенте.
Советское правительство придерживается последовательной политики в поддержку открытости, взаимовыгодной торговли и снижения уровня военной напряженности в Европе, однако наступления на собственные интересы Москва не потерпит.
В случае дальнейшего игнорирования законных озабоченностей СССР, Советское руководство будет вынуждено принять самые решительные меры для защиты своей безопасности и союзников, включая меры военного характера.
Мирная Европа возможна лишь тогда, когда все ее народы уважают взятые на себя международные обязательства. СССР, как и прежде, выступает за сотрудничество, но не за подчинение интересам военно-политических блоков.
— Прошу вас, товарищ генеральный секретарь, — Владимир Иванович Гусаров, пригласил меня к «рабочему месту».
(Гусаров В. И.)
— Что мне нужно делать? — Я подошёл к огромному светящемуся разными лампочками пульту и, как прилежный ученик, выразил готовность следовать указаниям.
— По команде главного инженера повернуть вот этот тумблер, — директор станции, невысокий лысоватый мужчина, внешне отчётливо напоминающий Хрущёва, аккуратно указал на нужный переключатель. Всё происходящее снималось для истории, что некоторым образом заставляло присутствующих нервничать, причём, кажется, сильнее, чем даже присутствие высокого начальства. — Всё уже подготовлено, осталось только «нажать на кнопку».
Я молча кивнул. На самом деле были подозрения, что даже главную кнопку в реальности буду нажимать не я, а кто-то другой, а это так — бутафория для высоких гостей. Всё же безопасность на атомных электростанциях всегда ставилась во главу угла, а уж после того разгона, который комитетчики устроили в последние полгода, — и вовсе. Впрочем, у меня по поводу такого «очковтирательства» вообще вопросов не было: главное, чтобы всё работало, а кто там реально кнопки нажимает — фактически без разницы.
