В плане оружия гореанский воин обычно обучается обращению с мечом, щитом и копьем. Под мечом обычно понимается гладий, быстрый, легкий, обоюдоострый, колюще-рубящий клинок. Это превосходное оружие пехоты. На спине тарна, естественно, для него найдется немного работы. Точно так же и от сабли, которая могла бы использоваться с некоторой эффективностью, скажем, со спины лошади, будет мало толку, что на кайиле, что на тарне. Кайила — животное рослое, и плечи его заходятся слишком высоко, чтобы работать саблей. Тачаки, например, используют длинные пики из темового дерева, легкие, упругие и гибкие. У них нет никаких трудностей в том, чтобы поразить пешего противника. Также, тачаки используют кайву, или седельный нож, баланс которого рассчитан на метание. Я подумал, что мы могли бы заменить кайву ананганским дротиком, увесистым металлическим метательным оружием, длиной около восемнадцати дюймов и имеющим оперение, так что от бойца требуется меньше умения по сравнению метанием кайвы, а брошенный сверху вниз такой дротик становится смертельно опасным. Но это, на мой взгляд, будет, прежде всего, вспомогательное оружие, прибегать к которому следует в особых обстоятельствах, в тех, например, в которых на земле можно было бы использовать кайву. Такие обстоятельства обычно возникают в горячке ближнего боя, где лук уже не будет практичным оружием. Типичный гореанский щит представляет собой большой, тяжелый круг, обшитый слоями кожи, усиленной металлическим бандажом. Он может оградить бойца, но не в силах защитить тарна. В целом более практичным, как мне показался, после рассмотрения всех вариантов, металлический баклер, меньший, более легкий, управляемый одной кистью, а не всем предплечьем. Им можно отвести копье в сторону, тогда как удар или бросок копья в обычный щит, выведет последний из строя, просто завязнув в нем. По сути, тактика пехотинца в основном в том и состоит, что следует повредить щит противника, воткнув в него копье. Фактически это делает щит не только неэффективным, но и превращает его в помеху, открывая бойца атаке гладия. У шита же, который приглянулся мне, имелись, помимо его управляемости, еще два дополнительных интересных преимущества. Во-первых, в седле от него легко избавиться, освободив руки тарнсмэна для задачи, которая вскоре станет очевидной, для использования лука. И во-вторых, одну кромку можно было бы заточить на манер лезвия, как это сделано на некоторых гладиаторских баклерах, что позволяет использовать щит в качестве оружия, нанося им режущие удары по телу противника, в идеале по горлу. Я не ожидал, что от последней особенности будет много проку в бою, если только тарнсмэн не будет вынужден спешиться, однако иногда даже в воздухе случаются схватки накоротке, поскольку птицы тоже не являются пассивными участниками боя, и могут сцепиться друг с дружкой, устроив в небе карусель с криками, ударами крыльями, клювами и когтями. Также, баклер, хотя и с меньшей эффективностью по сравнению с большим щитом, обеспечит некоторую защиту от арбалетных болтов, по крайней мере, в части самых уязвимых мест тела, чаще всего и являющихся целью стрелка. И наконец, его легкость, по сравнению с обычным пехотным щитом, была бы некоторым подспорьем, хотя и довольно незначительным, увеличивающим скорость и маневренность птицы.
