— Разумеется, — улыбнулся я. — Но я надеюсь, Вы не возражаете против взаимности в таких вопросах.
— Это было бы грубостью с моей стороны, — признал он. — Чем я могу быть полезным для вас, Тэрл Кэбот, тарнсмэн?
— В лесу, — сказал я, — хотя, несомненно, в пределах огороженного вешками пространства, один учитель, мастер, дает дополнительные уроки для некоторых, очень немногих, среди которых, насколько я понимаю, есть и Вы.
— Вы проницательны, — кивнул он.
— Безусловно, — хмыкнул я, — возможно, Вы просто прокрадываетесь для тайных свиданий с красоткой Сумомо.
— Значит, Вы заметили мой интерес к ней, — прокомментировал Таджима.
— Выражение вашего лица безупречно, — признал я, — но зрачки ваших глаз вас выдают.
— Довольно трудно управлять такими вещами, — вздохнул Таджима. — Передвижения контрактных женщин строго контролируются. У ошейниковых девок свободы намного больше, примерно как у домашнего слина или и тарска. Но вообще-то, она меня презирает.
— Возможно, у нее соблазнительное тело, — заметил я, — которое неплохо смотрелось бы в ошейнике.
— Она — контрактная женщина, — напомнил Таджима.
— Уверен, там, откуда Вы родом, подозреваю, что это очень далеко, у вас есть ошейниковые девки.
— Да, — не стал отрицать он.
— Рискну предположить, что не все они являются светлокожими или темнокожими.
— Нет, — подтвердил Таджима, — но они не пани.
— Как это? — удивился я.
— Как только на них надели ошейник, они перестали быть пани, став только рабскими животными.
— Понятно, — кивнул я.
— Таких рабских животных у нас много, — добавил он. — Войны среди пани случаются часто.
— И разве Сумомо, — поинтересовался я, — не превосходно выглядела бы, будь она таким рабским животным?
— Возможно, — ответил мой собеседник. — Я все равно не могу позволить себе ее контракт.
— А что если бы смогли? — спросил я.
— Интересная мысль, — покачал он головой.
— Разве в этом случае она не была бы вашей, и Вы могли бы делать с ней все, что могли бы пожелать? — осведомился я.
— Существуют традиции, ожидаемые действия и так далее, — ответил Таджима, — но в целом, да, она тогда была бы моей, и я мог бы делать с ней все, чего я бы пожелал.
— Абсолютно? — уточнил я.
— Да, — кивнул он. — Абсолютно.
— В таком случае, не думаете ли Вы, что она могла бы неплохо выглядеть как рабское животное?
— Да, — согласился Таджима, — думаю да.
— У кого Вы обучаетесь в лесу? — поинтересовался я.
— У Нодати, — ответил он.
— Он не двуименный мужчина? — спросил я.
— Это не его настоящее имя, — пожал плечами Таджима. — Как его зовут на самом деле — тайна. Он скрывает это. Его называют Нодати. Это — просто название боевого меча, одного из тех, которые используются на поле боя.
— Признаться, я мало что понял из этого, — сказал я.
— Он — ронин, — пояснил Таджима. — О таких у нас говорят — человек волн, плывущий по течению, без дома, без правителя, без капитана. Таких как он много.
— Наемник? — предложил я более понятный для меня термин.
— Ах, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, — вздохнул Таджима, — как мало Вы знаете об этом.
— Кто бы сомневался, — буркнул я.
— От воина требуется верность, — заявил Таджима. — Лорд ронина может быть мертв или заключен в тюрьму. Или может быть так, что его лорд предал его, или оказался недостойным его преданности. Одиноко быть ронином.
Он не забывает. Он помнит.
Плывет облако надо льдом.
На замерзшей ветке птица сидит.
По ночам он кричит свою боль.
Больше я ничего у него не спрашивал, пока, через некоторое время, мы не дошли до моей хижины.
— Твое оружие, твой опыт, твои таланты, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, — сказал Таджима, — не наши.
— Я хотел бы встретиться с ним, с тем, кто вас обучает, — сообщил я, — но не для того, чтобы изучать его оружие.
— Есть нечто большее, чем оружие, — заявил он. — Мысль, путь.
— Я хотел бы попросить его о помощи, — сказал я, — но не для себя, а для моего друга Пертинакса. Ему не разрешают входить в додзе.
— Он — слабак, — презрительно бросил Таджима.
— Он стал сильнее, — заметил я.
— Не вся сила, — заявил мужчина, — в теле.
— Но некоторая все же в нем, — усмехнулся я, — и, можете мне поверить, он мог бы сломать вас в два счета, поскольку он крупнее и сильнее вас.
— Только если бы я позволил это, — хмыкнул Таджима. — Клыки лесного тарска, тоже могли порвать меня в два счета, а лесной боск мог бы поддеть меня на свои рога, но я скольжу подобно ветру и не собираюсь подставляться под их клыки или рога.
— Но эти животные опасны, — заметил я.
— Но не для ветра, — усмехнулся он.
— И все же будь осторожен, — усмехнулся я, — чтобы ветер не попал в ящик, крышка которого закроется.
— Ветер, — улыбнулся Таджима, — не залетает в коробки с крышками.
— Пертинакс теперь отличается от того, каким Ты его запомнил, — предупредил я.
— Я легко могу убить его, — пожал плечами Таджима.
— На данном этапе, — поправил его я.
— Да, — не стал спорить Таджима, — на данном этапе.
— Я был бы признателен, чтобы Вы привели Пертинакса в школу Нодати и спросили, не сможет ли он принять его в ученики, — сказал я.
— Чтобы его навыки однажды сравнялись или превзошли мои? — уточнил Таджима.
— Конечно, — кивнул я.
