— А где это Новохопёрское село? — спросил я. — Далеко до него?
— Полчаса пешим шагом, — ответил дядя. — Оно к городу прилегает. От Хопёрска это село отделяет лесополоса, через которую и проходит тропа.
— Тогда поступим следующим образом, дядь, — произнёс я. — Ты беги к Кате, скажи, что Серёжу продержат до ночи или до завтра. Успокой её. Учитывая, как тяжело ей дался последний месяц, рисковать её здоровьем не стоит. А я загляну в наш особняк на часок. Попробую как-то замедлить своё… Ухудшение состояние.
А точнее — обращение в упыря.
Дядя лишь кивнул и побежал в сторону съёмной квартиры. Не стал что-либо говорить мне, но я уже смог прочесть его мысли по выражению лица.
Кажется, Олег был уверен, что я обречён. Но об этом мне уже говорил Василий Ионович Решетов. Пожилой лекарь уточнял, что лекарства от яда Хопёрских упырей не существует. Но, возможно, я смогу найти хоть какую-то логику в патогенезе этого состояния. Лекарства нет, но я могу стать тем, кто его создаст. Только времени на это у меня слишком мало.
Я влетел в дом и сразу же спустился в подвал. Собрал все травы, которые были у дяди. Набор скудный, вряд ли мне удастся приготовить из всех этих корешков да сушёных листьев что-то стоящее.
Токс суетливо бегал вокруг меня. Клещ чувствовал, что я стремительно превращаюсь в монстра.
— Ж-жу, — жалобно протянул он и потёрся о мою ногу.
— А ты-то чего? — бросил ему я. — Не могу понять, откуда у тебя вообще берутся эмоции и способность мыслить. Ты ведь зомби-клещ, созданный Сухоруковым.
Токс фыркнул и, обидевшись, отвернулся.
— Прости, дружище, не хотел тебя оскорбить, — вздохнул я. — Из-за всех этих событий я словно сам не свой.
Очевидно, что Токс чем-то отличается от обычных зомби. В нём есть разум. Только откуда он взялся — большой вопрос. Возможно, что даже некромант не знает, что за диковинный организм он сотворил впопыхах.
Я собрался с силами и принялся активно искать способ поддержать своё состояние. Лихорадка, краснота глаз… Однозначно — в моём теле идёт генерализованный воспалительный процесс. Обратный виток для убийства микроорганизмов я уже использовал, но меня это не спасло.
Значит, слюна упыря как-то воздействует на нервный центр терморегуляции. Хотя… Есть и другой вариант. Возможно, что у упырей в целом температура тела выше, чем у людей, поэтому таким образом организм готовится к превращению.
Конечно! Но даже в таком случае лихорадит меня из-за воздействия на мозг. Как правило, высокая температура возникает только в двух случаях. Либо из-за инфекции, либо из-за нарушения работы этого самого центра. Но первый вариант я уже отмёл.
Значит, мне всего лишь нужно снизить температуру. Тогда обращение замедлится. А может, и вовсе прекратится — этого знать наверняка я не могу.
Я растворил созданный мной противовоспалительный порошок в кружке с кипячёной водой, а затем выпил ударную дозу своего экспериментального препарата.
Но этого может оказаться недостаточно. Я сделал глубокий вдох и положил правую руку на свой затылок.
«Пусть магия вольётся в мозг, найдёт гипоталамус и подавит работу центра терморегуляции. Температуру нужно снизить».
И уже через пятнадцать минут мне стало нестерпимо жарко, хотя ранее меня всего колотило от озноба. Похоже, получилось! Теперь окружающая среда кажется моему телу тёплой, но так даже лучше. Зато я подавил процесс обращения.
Единственный минус — из-за пониженной температуры меня будет беспокоить резко выраженная слабость. Но это уже мелочи.
Я усадил Токса в сумку и вышел на улицу. Решил, что клещ может мне пригодиться. Учитывая, как он умеет обездвиживать противников своим ядом, вполне возможно, что из него получится хороший козырь.
Дядя нагнал меня у выхода из города — там, где начиналась тропа через лес.
— Ну что? — спросил я. — Катю успокоил?
— Да, она в порядке, — кивнул он. — Паршиво на душе из-за того, что приходится ей врать. Но уж лучше так. Лучше скажи, как сам? Выглядишь, кстати, немного лучше.
— Замедлил обращение, но боюсь, что это ненадолго, — признался я.
А затем внимательно посмотрел на зрачки Олега. Они были огромными. Да и в целом его поведение весь день казалось мне странным. Дядя стал агрессивнее, сильнее и быстрее. Однако источал спокойствие. Будто судьба ребёнка его вовсе не тревожила.
Очень странно. Вряд ли в его кровь всё же попал яд упыря. Но разбираться с его состоянием мы будем после спасения Серёжи.
Мы вошли в лес и двинулись в сторону Новохопёрского села.
— Не хотел тебя расстраивать, племянник, но в городе нас тобой уже ищут, — заявил дядя. — Видимо, Кораблёв обратился в полицию. Вот ведь старый хрен! Наверное, усадить нас с тобой собрался. Меня за побои, а тебя за некромантию.
— За некромантию, говорите? — послышался сиплый голос из кустов за нашей спиной.
Хрустнули ветви, и из леса вышел Сухоруков. Бледный, как мел. Единственной левой рукой мужчина держал Сергея Мечникова.
— Ублюдок, — прошипел Олег. — Да я тебя…
— Тихо, — я остановил дядю, не дав ему ринуться на Сухорукова с кулаками.
