— Конечно же, Токс… — рассмеялся я. — Вот почему противовоспалительные так странно подействовали…
Я оказался на пороге открытия лекарства от обращения. И в первую очередь мне нужно помочь себе самому. Интуиция подсказывает, что жить мне осталось не больше часа. Если сейчас же не приступлю к делу, то так и останусь в этих лесах. Безмозглым сумасшедшим упырём.
— Токс, проследи, чтобы Сухоруков не пришёл в себя, — велел я. — Сбежать он не должен. Я попробую излечить себя от хвори.
Готов поклясться, что клещ только что кивнул, после чего убежал к телу Сухорукова и уселся на его спину. Это даже не собака. Он понимает каждое моё слово. Кого же ты засунул в тело насекомого, Сухоруков?
Я отполз к ближайшему дереву и использовал ствол, как опору. Облокотился спиной о берёзу, затем положил правую руку на свою грудь и приступил к диагностике.
К сожалению, магия не позволяла мне изучить тело изнутри, но я мог прислушаться к собственным симптомам. Жуткая головная боль, вновь возрастающий жар, сильно тошнит. В глазах двоится, а чувствительность в конечностях постепенно исчезает.
Всё же моё первое впечатление не было ошибочным. В слюне упырей содержатся какие-то магические бактерии. Просто обитают они не в крови, а в головном мозге.
Это — нейроинфекция. Все симптомы говорят о том, что у меня менингоэнцефалит. Оболочки мозга и сам мозг воспалены. Именно поэтому мне стало легче после принятия самодельного «аспирина». Я снял все симптомы, которые вызвал микроорганизм, но при этом позволил ему быстрее распространиться.
Потому что воспаление является преградой для инфекции. А если воспаление снять — зараза захватывает организм быстрее.
Однако прямо перед тем, как приступить к лечению Сони Бахмутовой, я ударил по себе обратным витком, чтобы убить бактерии. Напрашивается вопрос, почему же инфекция не умерла? А ответ всё это время лежал на поверхности. Я влил агрессивную магию в кровь, а возбудитель заболевания уже пролез в мозг — за гематоэнцефалический барьер. За структуру, которая отделяет среду мозга от общего кровотока. Похоже, туда магия пробраться не смогла. Ведь я не дал ей такого приказа.
Только ситуацию это совсем не упрощает. Это значит, что мне предстоит вжарить обратным витком по своей же собственной голове. Действовать придётся аккуратно, иначе я не вылечусь, а просто-напросто прикончу сам себя.
Магия обратного витка полилась из чаши в тело, а затем по моей команде достигла мозга.
«Проникни в ликвор, убей всю заразу, что распространилась по нервной системе».
Моя вторая рука уже начала обращаться. Стопам в ботинках стало слишком тесно. Видимо, все конечности приготовились преобразиться. Ещё пара минут — и мне точно конец.
Однако процесс застопорился. Превозмогая жгучую боль в черепе, я довёл заклятье до конца. И тогда изменения в моём теле обратились вспять. Ногам снова стало комфортно в старых ботинках, а руки вернули себе прежнюю форму.
Но стоило мне добить все микробы в головном мозге, и силы иссякли. Я едва мог пошевелиться. Однако уже это можно было назвать победой! Сухоруков без сознания, я больше не становлюсь упырём, а Серёжа в руках Олега, несущегося к своей квартире. Осталось только прийти в себя и дотащить этого мерзкого некроманта до города. Сдать его властям и очистить своё имя.
Токс вскрикнул, пытаясь привлечь к себе моё внимание. Уже начало темнеть. Я увидел, как по тропе к нам кто-то приближается.
Не дадут полежать спокойно… А ведь я уже собирался выдвигаться назад — в город.
— Спрячься, Токс, — скомандовал я. — Тебя никто не должен видеть.
По тропе, освещая путь магическими лампами, к нам приближался отряд полицейских. Наверное, их вызвал дядя. Однако меня не покидало плохое предчувствие. Будто что-то вновь должно пойти не так.
— Во имя Грифона! — воскликнул один из полицейских. — Вы только посмотрите на этот кошмар… Сколько же здесь убитых? Унтер-офицер, вы это видите?
— Это не убитые, — ответил мужчина с магической лампой в руках. Похоже, именно он имел самое высокое звание в отряде. — Это восставшие мертвецы. А вот и их создатель…
Полицейский взглянул на меня.
— Попался, Мечников, — улыбнулся он. — Мы уж думали, что и не найдём тебя.
— Глаза разуйте, господа, — устало произнёс я. — Некромант лежит чуть дальше — на тропе. Я его обезвредил.
— Боги! Да это ж Антон Сухоруков! — воскликнул один из городовых. — Патологоанатом Хопёрский. Вы гляньте, унтер-офицер! Ему Мечников руку оттяпал, как мы и думали.
Какую же они допускают ошибку… Болваны! Только бы они волю Сухорукову не дали. Если его отпустят — пиши пропало. Сил, чтобы помешать им, у меня нет. А если бы и были, я вряд ли стал бы вступать в бой с полицейскими. От этого точно никому пользы не будет.
— Значит так, — принялся командовать унтер-офицер. — Территорию оцепить. Ищите улики. Двое пусть берут Мечникова и Сухорукова. Тащим их в наш участок. Допросим обоих.
— А их точно не нужно в госпиталь, унтер-офицер? — спросил молодой городовой. — Кажется, они оба сильно пострадали.
