Да кому это на хер интересно?
Я не хотел её больше целовать. Вместо этого я снова прижался к ней. Мой член упёрся ей в живот. Её тело напряглось. И тут я, резко схватив её за бедра, поднял на руках и быстро дотащил до кровати. Там я аккуратно её уложил.
– О, ты такой сильный…
Чертова сука оказалась тяжелой. Я чуть спину не надорвал. Однако результат был. Она осталась довольна.
Правда, расслабиться я ей в таком положении не позволил.
– Соси, – сказал я, сунув свой член ей под нос.
Мгновение на её лице прорывалось сомнение. Но потом губы раскрылись, и она позволила мне проникнуть внутрь.
– Глубже!
Почти девственница не была готова заглотить мой член целиком. Так слегка полизала залупу и на этом утомилась.
– Соси, блядь!
В конце концов, я сдался и перестал терзать её своими желаниями – не хотел испортить впечатление. Я поступил более эффективно: забрал у неё своей член, раздвинул ей ноги и вошёл во влажную пизду. Конечно же, с заранее одетым презервативом.
– А-а-а!
Это был мощный крик удовольствия.
Я навалился на неё всем своим телом и начал двигаться.
– Да! Да! Да!
Сука стонала. Сука извивалась подо мной. Я же просто двигался. Взад-вперёд. Ничего особенного. У каждого могло бы так получиться. Даже у чего-то неживого, неорганического.
– Я… Я люблю тебя!..
Она хрипло несвязно бормотала, а потом целовала меня в шею и грудь.
– Зачем эти слова? – спрашивал я, стараясь не сбиваться в дыхании.
– Хочу, чтобы ты знал.
– Зачем?
Мне было всё равно. Любит, не любит… Я всё равно ничего не чувствовал. Мне было одинаково приятно.
Но моему члену было не плевать. И ему не было приятно. Его утомила такая бессмысленная механика. И он попытался закончить дело раньше положенного.
Я не позволил.
Слишком рано.
Но кто это решил? Как я понял: рано или не рано? Каков был критерий достаточности?
Непонятно.
Мои действия снова полагались исключительно на интуицию.
Я остановился, перестал двигаться.
– Нет, нет… не останавливайся, – взмолилась похотливая сучка, лежавшая подо мной.
Её лицо, как и всё мерзкое тело целиком, было обильно увлажнено липким потом. Волосы тоже взмокли и растрепались сильнее обычного. Она смотрела мне в глаза.
– Продолжай, – кажется, это был приказ.
Но я не подчинился.
– Лежи пока, – потребовал я.
Резинка на моем члене была обильно покрыта вагинальными выделениями. Это означало, что женщина хорошенько разогрелась. В других обстоятельствах я, несомненно, возрадовался бы такому успеху, но здесь и сейчас точно нет. Мне стало противно. Я аккуратно двумя пальцами стащил испачканный презерватив с члена и с отвращением швырнул на пол. Затем я шагнул в сторону.
– Куда ты? – спросила Катя.
Я мельком взглянул на неё. В романтической полутьме её раздвинутые толстые ляжки не были чем-то особенным или вдохновенным. Оплот романтики таился в чем-то другом.
– Лежи, – снова потребовал я.
Касаясь голыми ступнями прохладного пола, я проследовал на кухню. Там я смог совершить свободный вдох, смог взять чистый стакан, набрать воды из графина и сделать глоток.
– Бля, – произнёс я.
– Ты что-то сказал, милый? – раздался голос из комнаты.
– Всё в порядке.
Тем временем мой член слегка обмяк.
– Милый, я жду тебя для продолжения…
Жеманный голосок видимо надеялся привлечь меня обратно. Однако я ненавидел жеманность и всё подобное.
Но несмотря ни на что я был обязан вернуться.
– Сейчас-сейчас, – пообещал я.
Я тоже сделал свой голос притворно сахарным.
Обоюдоострая ложь!
Мне не хотелось возвращаться с пустыми руками. Был интерес прихватить с собой нечто полезное, то, что могло бы разбавить сопутствующую ситуации унылость и безобразность.
Я начал рыскать сердитыми глазами по кухне.
Цветочки, цветочки, цветочки…
Как же много цветочков.
Какого хуя?!
Я злился. И нервы, кажется, уже совсем сдавали. Отвратительное тело, запахи, выделения… Я насиловал себя собственноручно и думал, что всё обойдётся?
– Я жду.
Снова жеманный позывной. Мне более нельзя было медлить. Я сделал ещё один глоток воды, а затем схватил большую деревянную скалку и направился в комнату.
– Смотри, что я нашёл! – с безумной радостью воскликнул я, сотрясая скалкой воздух.
Сучка с раздвинутыми ногами нахмурилась.
– Что ты собираешься с этим делать? – спросила она.
– А чего ты хочешь?
Катя похотливо прикусила нижнюю губу.
– Я видела в фильмах как нечто подобное суют в…
– Отлично.
Вроде бы я нашёл способ разогнать неимоверную скуку происходящего. И тот же миг злая ухмылка садиста распространилась по моему лицу.
– Сейчас я тебе присуну, – заявил я.
– О, какой ты затейник…
В который раз проклятое жеманство. Видимо без него она уже не могла.
– Да, я такой.
Хрипоты в моем голосе прибавилось, а также злости и цинизма.
– В попку, в попку…
С этой настойчивой просьбой Катя перевернулась со спины на живот, а затем, зафиксировав себя в колено-локтевой позе, подставила мне свой жирный зад.
– Давай же!
Женщина игриво виляла задом, пытаясь меня дополнительно раззадорить.
Но нужно ли это было мне?
Внезапно я посмотрел на всё происходящее несколько иначе.
– Ты действительно этого хочешь? – спросил я.