Катя посмотрела на меня через плечо. Её зад оставался откляченным в прежней позиции.
– Ты же сам предложил.
В словах была нотка разочарования.
– Всё так.
– Тогда будь мужиком и суй эту палку мне в жопу!
– А что потом?
– В смысле?
– Наручники? Веревки? Иглы? Раскаленное железо? Свечной воск, прижигающий кожу?
– Возможно. Кажется, это тоже было в моем списке. А ещё мне интересно попробовать удушение.
– Замечательно.
– Правда?
– Да.
Оставив скалку в левой руке, я шлепнул правой ладонью по сальной ягодице. Похотливая сучка сладострастно взвизгнула.
– Да!
Пока она визжала, а забрался ногами на кровать и прижался членом к анусу.
– Да!
Она была уверена, что разнообразие в сексе вот-вот случится. Но вместо этого я стал рассказывать ей про свои идеалы.
– Я хочу любовь, а не боль, – мое тело было прижато к её спине, голос сладко шептал прямо в ухо.
Такая неоправданная задержка Катю совершенно не устроила.
– Да мне по хер, чего ты там хочешь! Заткнись уже и еби меня молча!
Я пропустил женскую вспышку гнева мимо ушей и сделал то, чего мне самому захотелось. Я прижал деревянную скалку к женскому горлу.
– Так тебе нравится?
Пауза. Женщина секунду обдумывала новые правила. Затем она с осторожностью сообщила:
– Да.
– Прекрасно.
Используя колени, я придавил её к кровати, одновременно усиливая давление на горло.
– А так?
Молчание стало сигналом растущих сомнений.
Я нажал ещё посильнее, и тогда стало очевидно, что с шутками покончено.
– Ты делаешь мне больно, – прохрапело существо подо мной и дернулось с целью вырваться.
– Нет. Я удовлетворяю твои аппетиты.
Используя всю возможную силу обеих рук, я надавил скалкой на горло. Женщина подо мной вздыбилась, но локти и колени контролировали положение жертвы. Оторвавшись от простыни, её разукрашенные ногти тщетно пытались поймать воздух. Не получилось. Хрустнул шейный позвонок. И тогда тело подо мной обмякло и распласталось.
– Окончание, – зло прошептал я в мертвеющее ухо.
И слюна удовольствия капала из моего рта.
Я не был испуган. Складывалось впечатление, что во мне внезапно пробудилась вся мощь некогда скрытого холодного расчёта.
Я собирал вещи.
Что взять? – хороший вопрос.
Я нажил неплохой багаж вещей и безделушек. Тарелки, кружки, книги, телевизор, стеклянный столик под телевизор – всё это нельзя было унести за пазухой.
Неожиданно раздался звонок в дверь.
Приплыли.
Как быстро! Хорошая работа. Наверное, меня вычислили лучшие сыщики Спинтауна. Напросился вывод, что они не зря получают зарплату.
Я направился к двери.
Пока ноги несли меня вперед, звонок прозвучал ещё раз.
– Сейчас, сейчас, – громко пообещал я.
Нетерпеливы. Это мне уже некуда торопиться. А им видимо нужно было позарез успеть на…
– Привет.
Открывая дверь, я готовился увидеть любое другое лицо, но только не это. А ведь в мире так много разных лиц: грустных, счастливых, злых, радостных, убитых… много, очень много.
– Привет.
Передо мной стоял Пётр. Тот самый. Единственный и неповторимый. Люто ненавидимый мной.
– И каким же это боком ты оказался у меня под дверью? – спросил я, выдержав недружелюбную паузу и едва не плюнув ему в лицо, – Что за повод для такой наглости?
– Я пришёл один.
Я не поверил.
Меня сильно беспокоил вопрос: вдруг за его спиной злодейски притаились служители сурового закона «не убий», посмеивающиеся над моей неполноценной бдительностью?
Глупо, но тоже вариант.
– Ты лжёшь! – убежденно воскликнул я.
– Нет, – спокойно произнёс Пётр.
– Не верю.
Этот гад и раньше меня предавал. Веры ему не было. И мне казалось, что сегодняшний день также хорош для его предательства, как и тот другой – страшно болезненный.
Не веря его словам, я высунулся побольше и повыше из дверного проема, чтобы лучше осмотреться и обнаружить искомую ложь. Но служителей закона всё же не нашлось за предательской спиной. Ни единого. Пусто. Почему-то сегодня все они решили подремать и перестать выполнять свою целительную общественную роль.
Лентяи!
Был только Пётр. Один-одинёшенек он не имел никаких полномочий. Всё потому, что предателей никто не любит, и тем более не разрешает им самостоятельность.
– Жалко, – сказал я и немного расслабился.
– Чего?
– Не тебя…
Выражение лица Петра было помятым и испуганным, словно его преследовало полчище тараканов и лишь в последний миг он чудом нашёл зыбкое пристанище у меня под дверью.
– Тебе досталось и без моего пинка под зад?
Моя колкость не добавила красок к картинке его лица. Оно продолжало выглядеть по-мертвецки тусклым. Пульсация жизни, крови и, наверное, что, безусловно, важнее всего прочего, надежды прекратилось на этом куске кожи, мышц и зубов.
– Мне нужна твоя помощь.
Прекрасно.
Изумительно.
Я мечтал о том, чтобы когда-нибудь рассмеяться прямо в лицо этому мерзавцу. И сегодня мечта свершилась.
– Ха-ха-ха!