– Ваш сегодняшний ужин за счет заведения.
В тот же миг в моих руках появилось меню. Оно было толстым и с большим количеством текста. Открыв эту книжицу, я перелистал парочку страниц, после чего захлопнул и отложил.
– Я хочу мясо и жареную картошку. И попить – апельсиновый сок.
Лайв-бармен пощурился. В этом я сразу распознал подвох.
– Мясо уже готовят. Сок выжимают. А вот картошку вам придётся заказать у наших партнеров.
– Не понял.
Странное предложение едва не уронило меня со стула.
– В чем логика?
– В смысле?
– Зачем мне это делать?
– То, что вы хотите, продаётся там, за углом.
– Но можно же иначе…
– Нет, нельзя.
– Почему?
– Потому что так всё устроено.
– Почему?
– Таковы правила.
– Но это бред.
– Нет, это правила. По ним живут, по ним умирают.
– Но я так не хочу.
– Тогда вам придётся остаться без картошки.
Я подумал. Непреклонность лица лайв-бармена не давала простора для манёвра. А картошки очень хотелось.
– Куда мне идти? – спросил я, демонстративно закатывая глаза от неудовлетворения.
– Из дверей налево и за угол. Там всегда очередь, поэтому не ошибётесь.
– Очередь?
Человек в сюртуке с легким сожалением пожал плечами. Оценив это его телодвижение, я не стал источать бесполезную критику. Я лишь уточнил:
– Сколько у меня есть времени?
– Ваш заказ будет готов через пятнадцать минут.
– Хорошо.
Слезая с барного стула, я размышлял о странных правилах и сомнительных порядках.
– Хотите добавить салат?
– Что?
Тугие размышления не позволили мне хорошо расслышать внеплановый вопрос. Мой рассеянный взгляд обернулся на лайв-бармена.
– Вы что-то сказали?
– Я предложил дозаказать салат. Овощи это очень полезно. Наш повар может вам предложить свежую зелень, перец, помидоры, шпинат, огурцы, баклажаны, стручковую фасоль…
– Пусть сделает по своему усмотрению…, – поморщившись, перебил я.
Слишком много мыслей, слишком много слов. Тяжелый день готов был меня добить. Да и не слишком живучий бармен тоже в этом процессе изрядно постарался. Так что очень хотелось выйти на свежий воздух.
– Вау!
За звенящей колокольчиком дверью действительно было хорошо. Я жадно глотнул прохладный ночной кислород и задрал голову вверх. Там меня встретило бесконечное звездное небо.
– А-а-а-а! – закричал я и выбросил из легких всё, что там скопилось.
Темная фигура проходящего мимо меня человека отпрыгнула, затем повертела пальцем у виска.
Мне лично было насрать. Я существовал сам по себе.
– Да-а-а! – я продолжал кричать и продолжал любоваться россыпью ярких звёзд.
В моем крике не было ни боли, ни страха. В нем не было разочарования от жизни и от людей. Был просто крик – поток воздуха, который хотел родиться и умереть прямо здесь и прямо сейчас.
– Просим соблюдать чистоту и порядок на платформе! При обнаружении забытых вещей…
Плановое объявление из динамика вернуло меня с небес на землю. Я забыл про звёзды и вспомнил про жареную картошку.
– За угол, – прошептал я, напоминая себе правильный маршрут.
Коммерческие домики рядом с железнодорожными путями всегда строятся наспех, впритык и не имеют больших габаритов. А ещё они жалкие по своему внешнему виду и внутреннему содержанию.
Прошло совсем немного времени, как я покинул пресловутый лайв-бар. И да, пока я находился внутри, было несколько мгновений свежести ощущений и новизны восприятия. Зелёный сюртук, чистая посуда, музыка, которая убаюкивает тревогу…
Однако непредвзятый взгляд, очищенный криком глубокой жизни, заставил меня смотреть иначе. И вот я уже вижу неровный параллелепипед серого цвета с шаблонными неяркими буквами на боку. Теперь мой интерес падает, угасает.
Я делаю три шага вправо от входа, сворачиваю и упираюсь в спину человека.
– Здравствуйте.
Мои рефлексы снова сделали это. И на мои слова последний человек в очереди реагирует также стандартно. Он поворачивается на меня и пристально изучает новое событие в пространстве.
– Будешь за мной, – его слова прозвучали в утвердительном порядке, хотя исходящего запроса с моей стороны не предшествовало.
Я последовал его примеру. С тем же надменным подбородком я стал изучать то, что встало на моем пути.
Это был молодой парень, лет двадцати, то есть намного младше меня. Однако он явно был жертвой тестостерона и мог легко расквасить мне лицо. Вспухшие вены на раздутых мышцах рук, огромные желваки и гигантский торс, испещрённый многочисленными татуировками. В картинках на этом теле не было смысла, они просто сползали по шее вниз, исчезали под грязной майкой, несомненно, имели продолжение под мятыми шортами и вновь заявляли о себе на мощных волосатых ногах.
– Хорошо, – согласился я и утвердительно кивнул.
Иерархия была признана. И игра гормонов в молодом культуристе пошла на убыль. Он снова повернулся ко мне спиной.
А тем временем огромная очередь из людей впереди слегка качнулась и потребовала от каждого сделать маленький шажочек вперёд.
Так очередь чуть-чуть продвинулась. Но я, тем не менее, остался на своём месте.
Я смотрел на толпу людей, желавших жареной картошки, и пытался понять, действительно ли мне нужно место среди них.
– Вы стоите?