– В основном говорил он. Много. А я слушал. – Улыбка Люка стала шире. – Но очень и очень многое прояснилось. Теперь я понимаю, почему он вел себя так. Может, ты это уже знаешь? Оказывается, он послал меня в ту чертову закрытую школу не потому, что хотел отправить с глаз подальше. Он выполнил желание моей матери. Она хотела, чтобы я учился в Англии. – Люк посмотрел на Би. – Если бы он объяснил мне это тогда… Ладно, что было, то было. Я даже сумел убедить отца обратиться к психологу. Это нужно было сделать давно, лет двадцать назад, но лучше поздно, чем никогда. – Люк наклонился и нежно поцеловал ее в правую щеку. – Это от него. Он передает свою любовь. – Затем Люк еще нежнее поцеловал ее пострадавшую щеку. – А это от меня.
Би обхватила его голову, притянула к себе и поцеловала в обе щеки.
– Это Риккардо от меня, – сказала она, не торопясь разжимать руки.
Потом она поцеловала Люка в губы.
У нее закружилась голова, и она едва услышала знакомый мужской голос:
– Привет, Беатрис. Рад видеть вас снова. Вы просто замечательно выглядите. Никаких следов несчастья.
Глаза Би распахнулись, и она поняла, что с ней говорит не кто иной, как Эймос Франклин, режиссер «Темного принца». Он сидел неподалеку. Рядом с ним была Гейл в невероятно элегантном темно-красном атласном платье с глубоким вырезом. Би неохотно отодвинулась от Люка, покраснела и торопливо заговорила:
– Здравствуйте, мистер Франклин. Привет, Гейл. Я и не заметила вас. Простите. Мы с этим человеком давно не виделись. – Она рассеянно махнула в сторону остальных гостей за столом. – Еще раз простите мою невнимательность.
– Понимаю, понимаю, – ответила улыбающаяся Гейл. – Вы нас познакомите?
Когда знакомство состоялось, Гейл подмигнула Би:
– Значит, вы нашли себе тосканский сувенир.
Щеки Би оставались красными, но она нашла в себе силы ответить подобающим образом:
– Поскольку лабрадора Ромео не пригласили, я выбрала лучшее из имеющегося.
Люк снова взял ее за руку и ответил от имени Ромео:
– Мы не смогли найти ему смокинг. – Люк непринужденно улыбался. – И потом, Ромео не слишком интересуется фильмами, если не считать «Сто одного далматинца». А вот я большой поклонник ваших фильмов, мистер Франклин.
Люк и Эймос Франклин заговорили о фильмах. Би откинулась на спинку стула. Ее радовала метаморфоза, произошедшая с Люком. Обнаружение картины сняло с его плеч весь груз финансовых забот и послужило основой для восстановления отношений с отцом. Возможно, он перестал страдать по уехавшей невесте. Если перестал, что это означает для него и Би? Идеально уравновешенные весы ее карьеры вдруг качнулись. Вопреки благим намерениям, Би отчаянно захотелось остаться с ним, но она знала: подобно Золушке, ей нужно покинуть бал до наступления полуночи.
Когда на следующий день она звонила матери и рассказывала об угощении, она похвалила здешнюю еду, но сказала, что в ресторане Микеланджело было вкуснее. Ничего удивительного, когда здешним рестораторам требовалось накормить несколько сотен гостей. На самом деле Би почти не притронулась к угощению. Она наслаждалась обществом мужчины, по которому скучала с самого отъезда из Монтегрифоне.
Торжество продолжалось. Би и Люк оживленно разговаривали, умолкая, лишь когда начинались выступления. Люк рассказывал о необыкновенно богатом урожае винограда, что позволит приготовить больше вина, чем ожидалось. Он держался очень непринужденно и постоянно улыбался. Морщинки вокруг глаз исчезли. Остался счастливый, обаятельный и очень привлекательный мужчина. Би старалась не пить много вина, и не только потому, что здешнее вино не шло ни в какое сравнение с винами Монтегрифоне. Ее инстинкты рвались наружу. Би хотелось буквально опрокинуть Люка на стол и… Случись такое, Гейл и глазом не моргнула бы, но остальные гости вряд ли отличались такой незакомплексованностью.
Около полуночи к Би подошел официант и сообщил, что ее ждет машина, чтобы вместе с Мими и Джоуи ехать в аэропорт. Би с большой неохотой встала, попрощалась с остальными гостями за столом, затем повернулась к Люку, который тоже встал.
– Мне очень не хочется уезжать. Жаль, что нельзя остаться.
Ее голос дрогнул, а в глазах появилось знакомое жжение.
– Я тоже жалею, что ты не можешь остаться, но тебя ждет работа. Я буду держать пальцы, чтобы ты поскорее вернулась в Европу. Тогда, может, мы снова увидимся.
– Я сама хочу этого. Люк, я очень, очень хочу снова увидеться с тобой.
Вопреки доводам разума, она не могла скрыть своей тяги к этому доброму, нежному и одновременно сильному мужчине. Почему, ну почему она вынуждена улетать в Америку?
Люк наклонился и быстро поцеловал ее в губы. От этого у Би чуть не подкосились ноги. К счастью, в этот момент к столику подошел Джоуи, чтобы проводить ее к машине. Люк остался стоять у стола. Сквозь волну эмоций, угрожавшую захлестнуть Би, она услышала голос Мими, обращенный к Люку:
– Люк, не скучайте. Скоро вы ее снова увидите.
