— Татум смешанной крови. Представляет тех, кто жил, будучи отвергнутым и изгнанным. Больше не нужно прятаться, больше нет позора. Начало лучшей жизни через несколько поколений.
Я умоляю его глазами.
— Единый мир, в котором никто не остается в тени. Где ни один человек не считается ниже другого. Ты можешь представить этот мир?
В глазах старика собираются слёзы.
— Могу.
— Риск велик. Последствия значительны. Но также присутствует возможность лучшей жизни для всех людей. Не упускайте это из виду, — вздыхаю я.
Он похлопывает меня по рукам и жестом указывает двум мужчинам, стоящим по бокам от него и грозно взирающим на Джована. На этот раз они помогают ему подняться.
Адокс укоризненно наклоняет голову в сторону Короля.
— Я согласен с вашими планами. Твоя армия должна быть мобилизована без промедления. Мои люди приступят к тренировкам с отборным отрядом твоих дозорных. Ире немедленно приступит к ремонту тропы.
Во время отступления Кассий разрушил опоры, соединяющие ступенчатые острова Оскалы, пытаясь задержать наше возмездие.
Джован бросает на него растерянный взгляд, но потом сглаживает черты лица.
— Почему ты вдруг согласился, лидер Ире?
Адокс пристально смотрит на меня. Его глаза всё ещё кажутся влажными.
— Я уже был согласен, Джован Король Гласиума. Но я не был убежден.
Я наклоняю голову.
Он улыбается.
— Ты собираешься приступить к осуществлению миссии, которую не выполнял никто другой. Если бы ты не смогла убедить меня в своём праве быть Татум, как бы ты смогла убедить свой народ? Если ты сможешь показать им то, что только что показала мне — эту непоколебимую веру — тогда Солати пойдут за тобой в огонь Четвертой Ротации, — он смотрит на Короля. — Это то, чего я ждал.
Он кланяется, и я делаю ответный жест, моё горло сжимается от его трогательных слов. Потому что я даже не начинала анализировать тот ужас, который ожидает меня, как только я ступлю в Осолис. Я намеренно отрицала это. Мысль о том, чтобы предстать перед другими Солати, самой осуждающей расой, и показать свою истинную сущность, это жуткий кошмар.
Я убедила лидера Ире, что я могу сделать это.
Но сомнения борются с моей собственной убеждённостью.
И я могу только надеяться, что никто этого не увидит.
ГЛАВА 4
— Мой Король, я застала её за тренировкой.
Садра довольно пугающая, когда злится.
Её муж, Малир, командующий армией Гласиума, стоит в дверях прямо позади Джована. Я ещё не смотрела ему в лицо. Но Малир откровенно веселится.
Малир пользуется моим уважением с первых дней жизни на Осолисе, когда он был личным стражником Кедрика. Средних лет, боец высокой квалификации спас мою жизнь по дороге сюда. Он бросил вызов Блейну по пути в Гласиум и убедился, что со мной хорошо обращаются. Если бы решение моей судьбы было предоставлено Блейну, не знаю, выжила ли бы я в Оскале.
Я сижу на кровати, задыхаясь, и стараюсь не выглядеть виноватой. Я знаю, что пот, пропитавший мою рубашку, может выдать меня. Я не могу поверить, что Садра донесла на меня!
— Сейчас? — ледяной голос Джована ударяет по мне.
Может быть, он не так зол, как звучит. Я заглядываю ему в лицо.
Он зол.
— Оставьте нас, — приказывает он.
Прежде чем уйти Садра в последний раз неодобрительно покачивает головой. Она толкает Малира в грудь, и ухмылка сходит с его лица.
Джован пристально смотрит на меня, скрестив руки.
Я закрываю лицо и падаю обратно на кровать.
— Не начинай.
— Поверь мне, моя жизнь была бы намного менее напряжённой, если бы мне не приходилось этого делать.
Я приподнимаюсь на локтях.
— Что это должно значить?
Он остаётся стоять у закрытой двери. Его челюсть стиснута. Это выражение у него появляется, когда он хочет образумить меня.
— Ты не готова к тренировкам.
Я потираю подбородок предплечьем.
— Мне нужно восстановить свою форму, если мы отправляемся на следующей неделе.
Моё замечание встречает тишина.
Когда я поднимаю взгляд, лицо Джована — безучастная маска. Замечательно. Он делает круг в мою сторону и приседает передо мной. Маленькая капелька внутри меня предупреждает, что мне не понравится то, что он скажет дальше.
Он берёт меня за руки.
— Ты слишком больна, чтобы отправиться вместе с армией.
Я открываю рот, и он торопиться продолжить свою речь.
— Ты доведёшь себя до изнеможения. И замедлишь мужчин.
— Прошу прощения? — от возмущения мой голос становится пронзительным.
— Нам потребуется шесть недель, чтобы добраться до Осолиса.
— Как я могу свергнуть свою мать, если меня там не будет? Как я смогу убедить людей следовать за нами? — выговариваю я.
Это невероятно.
Джован сглатывает.
— Ты можешь остаться здесь ещё на пять недель и нагнать нас.
— И как?..
Он поднимает бровь.
— Флаер.
Мои щёки начинают гореть. Это было возможно, я совсем позабыла об этом. С Флаером я могла пересечь Оскалу за считанные дни. Но не в этом суть!
— Я справлюсь.
Я вырываюсь из его хватки и складываю руки на груди. Его взгляд опускается вниз, туда, где моя рубашка намокла и прилипла к телу.
Он прочищает горло и встречается с моим прищуренным взглядом.
— И тогда ты будешь настолько измотана, что не сможешь поднять руку, не говоря уже о том, чтобы взмахнуть мечом.
