— Может, тогда вам что-нибудь известно о несчастном случае с человеком, который задаёт слишком много вопросов?
Басс скрестил руки на груди.
— Да, это могли устроить. Вот только кто?
— Ладно, не важно. — Если вышибала что-то и знал о пожаре или истории с мастерком, он был слишком хорошим актёром. — Один последний вопрос. Тебе хоть что-нибудь известно о письме?
— Каком письме? — осторожно после паузы спросил Басс.
— Ходят слухи, будто София написала кому-то письмо. О том, что не хочет и не может больше здесь оставаться. И ещё, я подозреваю, она назначала в нём кому-то встречу.
Басс покачал головой.
— Не знаю ничего ни о каком письме, — буркнул он в ответ. — В любом случае у нас ей оставалось быть недолго, потому что её собирались продать. Но твоя Тилла никому ничего не могла написать. Это я точно знаю. Послушай, Эйселине просто не повезло. Софии же попался клиент, не желавший платить. И кем бы он ни был, далеко уводить девушку, чтобы расправиться с ней, он не стал. Если бы он захватил твою Тиллу, ты бы к этому времени уже знал. Так что, скорее всего, она просто сбежала, как и говорится в объявлениях. Хочешь дельный совет? Будет тебе тратить время на поиски разных шлюх, лучше найми специалиста. Охотника за беглыми рабами.
И вот наконец настал день выплаты жалованья. Тиллы по-прежнему не было. Всё утро Рус провёл в хлопотах, занимаясь своими больными, которых, как обычно, было много. А за стенами госпиталя в Двадцатом легионе нарастало радостное возбуждение, которое гарантировало беспокойную ночь. Весь этот энтузиазм вызвало известие о прибытии крупной суммы наличными. Подогревало страсти предвкушение премиальных, обещанных императором Адрианом.
Строительные леса у бань опустели, рабочие, по всей видимости, уже выстроились в длиннющую шумную очередь, как та, у штаба, мимо которой в данный момент проходил Рус. На первой из казарм висело не замеченное никем объявление о том, что сегодня днём в амфитеатре состоится полковой спортивный праздник — то была изящная, но, судя по всему, обречённая на провал попытка направить энергию Двадцатого легиона в полезное русло. Рус знал, этот полк ничем не отличается от других. А потому к вечеру отмечать выплату жалованья будут на полную катушку. В заведениях будет не протолкнуться от получивших увольнение солдат и прочих посетителей, которые назавтра утром сильно пожалеют о том, что натворили ночью. Одна надежда, что Тилле, если, конечно, она в городе, хватит ума отсидеться где-нибудь за закрытыми дверьми.
Несколько минут спустя он отошёл от конторы лагерного префекта, не сводя глаз с нижней цифры на копии своего счёта.
«Возможно, вам понадобится время, чтобы проверить эту сумму, господин».
Нет, этого просто быть не может! Должно быть, какая-то ошибка...
Чуда не произошло — за время его отсутствия она в дом не вернулась. Гай уселся в любимое своё кресло и постарался не обращать внимания на щенка, который с непостижимой ловкостью вскарабкался по его ноге и теперь крутился на коленях, пытаясь пристроиться поудобнее. С улицы, со стороны казарм, донёсся взрыв смеха. Рус запустил руку в глиняную посудину, подаренную Валенсу благодарным пациентом, и выудил последние несколько маслин.
С цифрой в верхней части счёта всё в порядке. В разделе «Общие поступления» тоже всё правильно. Неким непостижимым и чудесным образом армии удалось вовремя переправить его бумаги через два моря и два континента, чтобы чиновники произвели все необходимые расчёты. Особенно радовала сумма в строке «Премиальные», щедрый дар в честь прихода к власти благородного императора Адриана. Он пришёлся бы как нельзя более кстати, если бы большую часть этой суммы не перевели на его накопительный счёт. «Вычеты» — так была озаглавлена следующая строка. Тут-то и начинались неприятности.
Вслед за всеми обычными вычетами за его содержание и прощальную вечеринку для сослуживцев в Сатурналии красовалась цифра, обозначенная под грифом «Долговые выплаты» — тут они, разумеется, забрали весь аванс. Далее шёл пункт под названием «Расходы». Остаток автоматически сводил к нулю все его старания жить экономно. Детали прилагались отдельно и включали: «Питание в госпитале», а также «Использование госпитального имущества для личного пользования».
«Возможно, вам понадобится время, чтобы проверить эту сумму, господин».
Рус слизнул с пальцев сок оливок и начал подсчёты. В результате трёх попыток он получил три подтверждения удручающе мизерной сумме в нижней графе «Итого». Затем он вычел свой долг фонду Эскулапа. Потом вычел сумму, которую собирался отправить Юлию. И наконец вычел свою задолженность Меруле.
