«Заезд» получался раза в три меньше, чем обычно. В основном «заезжали» ответственные работники, решившие обдумать важные решения в тишине и покое, женщины, заметно тронутые возрастом, желающие отвязаться от семейных забот, и хоть на время ощутить свободу, а также разного рода парочки, по каким-либо причинам не могущие встречаться в городе.
Однако, такая тенденция в последние годы начала уменьшаться. «Уикэндные» заезды в пансионат становились всё многолюднее. Львиную долю в них составляли мужчины 25-55 лет, в основном семейные люди и хорошие производственники. Даже в самую сильную непогоду их завозили целыми автобусами.
Мужчин гнала сюда жажда – в «Сказке» ещё можно было хорошо «побухать». «Горючее» частично привозили с собой, а купить его в неограниченном количестве можно было в деревенском магазине (сорок минут хода по просёлку). Правда, продавалось оно только с 14.00, зато продавали тут и «Пшеничную», и «Охотничью», и «Посольскую», и «Русскую», и «Столичную», и «Андроповку», и «Старку», и трёх-пяти звёздочный коньяк, и «Рижский бальзам», и «сухарь», и шампанское, и «Зубровку», и «Хванчкару», и 777-ой портвейн!!
Пива только не продавали – с пивом (хотя пиво везде было только одного сорта – «Жигулёвское») тогда по всей стране была напряжёнка…
Всё равно – разница с городом, где один за одним продолжали закрываться винно-водочные отделы и целые магазины, где купить спиртное становилось всё нереальнее из-за километровых очередей и ограниченного завоза – была огромная; вдобавок в очереди можно было «засветиться» – если вы простой слесарь, то ничего страшного, а вот если вы – мастер, руководитель или начальник, и встали в эту очередь…
«Выпить нормально» в городе возможности тоже не было – распивочные, забегаловки и «гадюшники», в которых раньше можно было расслабиться неприметно, закрывались один за другим; в гаражных кооперативах – традиционно мужских ареопагах – дежурила милиция, и периодически группы активистов-дружинников прочёсывали территорию. Выпивать в гаражах становилось всё опаснее – замеченным в «нецелевом» использовании «помещения» грозил «вылет» из кооператива без права восстановления.
В этом смысле «Сказка» вполне оправдывала своё название. Предаваться там «употреблению» и даже «злоупотреблению» – впрочем, где граница этих понятий, и существует ли она, не знали и сами авторы известного Указа – здесь можно было беспрепятственно, не выходя, разумеется, за рамки Уголовного кодекса, как в старые и добрые времена, если не лучше.
Бильярдная и теннисная теперь пустовали. Скучала пожилая библиотекарша, сидя в своей пропахшей пылью зальце на втором этаже, никто не собирался у телевизора или в кинозале, куда как раз завезли новые фильмы- «Время сыновей», «Мы молоды, счастливы, талантливы», «Одинокая женщина желает познакомиться», «Бармен из «Золотого якоря»».
Народ в основном звенел посудой, бубнил, хохотал и храпел по комнатам, выходя оттуда лишь в столовую, в сауну – очереди туда формировались за сутки – и в спортзал, превращённый в дискотеку. Музыка гремела до утра, и к полуночи там обычно собирались почти все молодые, относительно молодые, и относительно немолодые мужчины, а так же поголовно все женщины, приехавшие разделить межсезонье с противоположным полом. Женщины тоже были молодыми и немолодыми, но некрасивых тут не было.
Знакомились легко, предрассудков не существовало, возможностей уединиться был хоть отбавляй, и вакхический характер времяпровождения позволял расслабиться и «оторваться» на славу, оставляя самые приятные воспоминания на долгие годы. На улицу почти никто не выходил – всё необходимое имелось в корпусе. Покидали его пределы только затем, чтобы сформировать временную партию для похода в деревню Звягино, которая столь славилась своим магазином. К двум часам дня почти половина всех отдыхающих, разбившись на группы, совершала пешеходное паломничество по лесной дороге. К трём часам возвращались тяжело нагруженные. Старались «брать» про запас, но не всегда хватало и самого спланированного запаса…
Одиночные же «ходоки» курсировали между пансионатом и Звягино почти круглосуточно. Хоть сельский магазин и закрывался в семь часов вечера, достать «горючку» в деревне не было проблемой – многие местные освоили производство самогона и вовсю продавали городским из-под полы. Более благородные напитки можно было приобрести «из-под полы» в самом корпусе, у дежурной или у официанток в столовой, так же круглосуточно.
