— Резонно… Что ж, генералы и адмиралы скоро соберутся на последний совет. Дело за тобой, Патрик.
Когда она уехала, меня пронял жуткий мандраж. Счет пошел уже не на дни… на минуты.
— Уже?
Я вздрогнул. За спиной стояла Оливия Нангул.
— Да. Через три дня все решится. Я заложу еще несколько кораблей, а вы трубите сбор… Думаю часов пять-шесть у нас есть в запасе.
— Где собираемся? Куда сажать «Скаты»?
— Улица широкая, давайте прямо здесь, рядком. Запасы на наших складах, так будет быстрее. Я уберу забор и стену.
Помимо основных задач, я занимался совершенствованием брони и легкого вооружения. Прежде всего — для своих подопечных. Экипажам «Скатов» придется непросто. Особенно если корабль собьют. Тренировки и обучение были выстроены так, чтобы пользоваться всем этим они смогли почти сразу. Сегодня новоиспеченные военные медики, вне зависимости от рогов, ушей и хвостов, получат свое снаряжение.
Менять магазины, балансируя на стропе, или маневрируя в бою, да еще и спасая раненых — дело крайне неудобное. Используя навык анализа, я изучил, как в утробе Бруно формируется плазма и смог понять сам принцип. Не сразу, но это получилось. Отыскав нужные материалы, способы обработки и преобразования, я создал нечто подобное и испытал. Потом уменьшил, еще раз уменьшил, научился создавать эфирные преобразователи и маленькие кристаллы эфира. Впихнул все это в один корпус и еще раз уменьшил конструкцию. Полученное оружие получило нескончаемый боезапас в пределах одного боя. Несколько тысяч выстрелов. Если точнее, то двадцать. Сжимать кристалл сильнее было уже опасно. Я подобрал оптимальную плотность вещества при нужных размерах. Кроме того, предусмотрел дополнительную батарею. Стреляя короткими очередями, о перегреве и перезарядке волноваться не стоило. Были небольшие проблемы с точностью, но на дистанции до двухсот метров сгустки плазмы давали приемлемый разброс. К тому же у оружия не было отдачи! Только шипение и святящийся след ионизированного воздуха после выстрела. Подвижных частей в устройстве нет, так что я мог смело сделать его неразборным и штамповать втихушку используя остатки маны. Если Альянс и получит такой образец, то принцип действия изучить не сможет. Ведь разрабатывал я его по примеру интегральной микросхемы, накладывая и комбинируя элементы слоями. Разве что поймут, что там есть магниты…. Пришлось делать десяток астральных моделей, но оно того стоило!
Сайя получит модифицированный образец. Скорострельность у него гораздо ниже, но при размерах меньше ее винтовки — дальность и точность выстрела избыточны, а энергия регулируется. Из такого оружия можно поражать как отдельные цели, так и небольшие катера. То, что надо для прикрытия.
Также удалось исправить заклинивание уже готовых, стоящих на вооружении образцов. Подобрав смазку и улучшив поверхности скользящих деталей, мы поработали и над стандартизацией боеприпасов. Подсказали состав бездымного пороха. Опыт-то уже был. Изобрели систему охлаждения для скорострельных пушек. Ну, как изобрели? Позаимствовали частично из моей памяти. А кто осудит?
К полудню, тридцать снаряженных «Скатов», с загруженным боекомплектом, провизией и медикаментами, стояли вдоль улицы вполоборота. У опущенных аппарелей суетились взволнованные экипажи, переодеваясь в новую форму и броню. Каждый пятый «Скат» имел широкую белую полосу и был командирским. Окрас сохранили черный, как у всех кораблей флота ва-кари. Но на бортах и крыльях красовались знаки Исидис. Алые крылья, сомкнутые в круг, на белом фоне. Но я приказал сделать их пожирнее, чтобы было видно издали.
— Маршрутка смерти, мать ее…
— Ты что-то сказал, Патрик?
— Нет, госпожа Нангул. Так, мысли вслух.
Я скинул китель и брюки, забив на приличия. Надел бежевый комбинезон, застегнул липучки на броне. Мне все же удалось их скопировать! Последним нацепил шлем и проверил оружие. На плече тоже красовалась белая повязка с алыми крыльями. Теперь, я был как все. По сути — командир медицинской роты. Нацепив уже ставший родным подсумок с крестом, прошелся вдоль строя, проверяя оружие, экипировку и связь. Да, у каждого бойца теперь была рабочая копия китайской рации. У меня хватило знаний на то, чтобы сделать в кораблях более мощные антенны и разъемы к ним. Теперь радиус связи составлял не более трех километров на открытой местности, но и это было уже достижением.
Запрыгнув в свой «Скат», я объявил минутную готовность. Винты воздушных судов взвыли, подняв облака пыли. Уже через пару минут, оставляя Оливию Нангул внизу, шесть звеньев десантно-эвакуационных кораблей, поблескивая черными полированными бортами, поднялись в небо, и легли на курс…
Ударная группировка флота ва-кари была готова к отбытию уже к двум часам дня. По-хорошему, нам бы выступить после заката, но враг прекрасно знал, о наших планах, так что скрываться смысла нет. Дорога каждая минута.
