До Хэмпстед-Гардена я добралась уже затемно. Элитный пригород Лондона встретил меня причудливыми извилистыми улочками, отлично сохранившимися домами восемнадцатого века и камерами видеонаблюдения, установленными на каждом углу. Безопасный, тихий, престижный район, где в воздухе витает аромат цветущих магнолий и безмерного богатства местных жителей.
Весь путь до Инграм-Авеню занял у меня около семи часов. Я надеялась приехать пораньше, однако не вышло. Досадно, но совсем не удивительно. Тяжело, когда в твоем распоряжении нет ни машины, ни навигатора, ни интернета в телефоне. Ориентироваться в большом мегаполисе и его запутанных окрестностях приходится исключительно с помощью уличных указателей и интуиции, а интуиция у меня так себе — работает с частыми перебоями. В общем, я немного заблудилась и к особняку Хольста приехала уже в вечерних сумерках.
Один взгляд на заброшенный дом, стоящий в уединении среди деревьев на повороте к заповеднику и вдали от других жилых домов в Хэмпстеде, вызвал у меня нервный смешок. Теперь понимаю, почему Хелли не захотела здесь оставаться. Мрачное место, темное и безлюдное. Вокруг деревья и ни одной живой души.
Я слезла с велосипеда и достала из рюкзака фонарик на солнечных батарейках. Светит он, конечно, паршиво, но зато от моей энергии подыхает не сразу. Я потрясла его, включила и направилась к высоким кованым воротам, за которыми скрывался старинный и уже обветшалый особняк с закрытыми ставнями абсолютно на всех окнах.
«ПРОДАЕТСЯ» — сообщала перекосившаяся табличка, вбитая в землю у подъездной дорожки.
Я проникла на территорию особняка через приоткрытые ворота и осмотрела большой двор. Раскидистое дерево без единого листочка росло с южной стороны, царапая сухими ветками ставни на окнах третьего этажа. Я подошла к нему, пошарила рукой в птичьей кормушке, одиноко висящей на нижней ветке, нашла длинный ключ с зазубринами на конце, стряхнула с него паутину и направилась к парадной лестнице.
Деревянные ступеньки под моими ногами неприветливо заскрипели, продавливаясь и грозясь обвалиться в любой момент. Особняк и правда староват. Вставив ключ в замок, я открыла дверь. Замогильный холод тут же защипал кожу. Б-р-р. Я поежилась, выдыхая пар. Температура в доме, наверное, минусовая. Многие виды призраков вызывают минусовую температуру. Плохо то, что в основном все они либо агрессивные, либо безумные.
Я осветила фонарем просторный холл с двумя колоннами, увидела мебель, покрытую белыми тканями, высокие гипсовые статуи, запыленные картины и черную гадкую слизь на стенах.
— Здесь кто-нибудь есть? — крикнула я, нарушая гробовую тишину. Мыши заскребли коготками по полу, разбегаясь в разные стороны. — Люди? Призраки? Может, монстры?
Никто не ответил, зато входная дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной, наделав столько шума, что у меня сердце подскочило в груди от неожиданности. И сама я подскочила, чуть не выронив фонарь.
— Не смешно, — пробубнила себе под нос. — И совсем не страшно…
Одна из гипсовых статуй в холле шевельнулась под тканевым чехлом. Я посветила на нее фонарем, и она тут же замерла. Выключила фонарь, и она снова начала двигаться.
— Я все вижу.
Статуя притихла.
Так. Ладно. Призраки здесь однозначно есть. Это установили. И их много, учитывая, сколько слизи накопилось на стенах. Теперь нужно отыскать Альтера или кого-то, кто видел его или его похитителя в ночь исчезновения.
На втором этаже раздался какой-то глухой шум. Тяжелые шаги в комнате прямо надо мной.
Надо проверить.
Я медленно поднялась наверх, прислушиваясь к звукам. Луч фонаря выхватил темную фигуру в конце коридора. Человеческий силуэт, без лица, в темном плаще, окутанный небольшой дымкой. Он стоял в углу и дергался, будто в припадке, никак на меня не реагируя.
— Эй?! — Я настороженно приблизилась к призраку.
Он услышал меня и тут же растворился в воздухе, оставив после себя лишь едкий горелый запах.
— Фантом… — я поморщилась.
Неконтактный дух. Бесполезный. И единственный, которого можно запечатлеть на камеру. Правда, по итогу на снимке получится лишь смазанная тень.
— Кто ты? — раздался тоненький голос позади.
Я мгновенно обернулась и направила фонарь на маленькую девочку. По спине почему-то пробежали мурашки. Ребенок стоял от меня в паре метров, в окровавленном платьице и с разорванным игрушечным мишкой в руках.
— Привет. — Я дружелюбно улыбнулась. — Меня зовут Рейчел. А тебя?
Девочка хихикнула.
— Марша.
— Привет, Марша. — Я показала ей фотографию Альтера, взятую из досье. — Ты знаешь этого мужчину? Он жил здесь раньше.
Марша взглянула на фотографию угольно-черными глазами, сощурилась, затем хитро посмотрела на меня.
— Я не вижу изображение, — прошептала она ангельским голоском. — Подойди ближе, Рейчел. Не могу рассмотреть.
