– И правильно делаешь, – сказал Мерлин, надеясь, что его искреннее мнение прорвется через перевод. – Но я должен завершить начатое. Корабль сказал мне, что будет готов к полету через два-три дня. Это, конечно, заплатки, а не ремонт, но они позволят добраться до ближайшей базы. Но сперва нам нужно кое о чем поговорить.
Мерлин снял с полки подносик, где лежали двенадцать одинаковых ракушек-переводчиков.
– Ты говорить со многими нами?
– Я только что узнал плохие новости, Кукушка. Новости, касающиеся тебя и твоего народа. Возьми эти переводчики и дай их своим лучшим людям – Фазану, Якане и остальным. Пусть они носят их постоянно, с кем бы ни говорили. Через три дня мне нужно будет встретиться со всеми вами.
Кукушка посмотрел на поднос с переводчиками настороженно, будто спирали были непривычным чужеземным лакомством.
– Какие плохие новости, Мерлин?
– Три дня почти ничего не изменят. Лучше подождать, пока перевод не станет более точным, чтобы не было недопонимания.
– Мы друзья, – сказал Кукушка, подавшись вперед. – Ты можешь сказать мне сейчас.
– Я боюсь, что получится непонятно.
Кукушка умоляюще посмотрел на него:
– Пожалуйста.
– Нечто собирается прийти с неба, – сказал Мерлин. – Наподобие огромного меча. И собирается разрезать ваше солнце надвое.
Кукушка нахмурился, словно решил, что понял собеседника неправильно.
– Каллиопу?
Мерлин печально кивнул:
– Каллиопа умрет. А за ней и все живущие на Лекифе.
Когда Мерлин вошел в комнату со стеклянной перегородкой, там уже собрались все: Кукушка, Сорокопут, Фазан, Якана, Тимелия, Мухоловка и еще полдюжины офицеров, которых Мерлин прежде не видел. Секретарь-референт уже что-то печатала на шумном электромеханическом устройстве для записей, положив его на колени и стуча по тугим клавишам с поразительной скоростью. В украшенном гравировкой пузатом чайнике, стоявшем посередине стола, пузырился только что вскипевший чай. Денщик уже разливал его в фарфоровые чашки, расставленные перед каждой важной особой, в том числе Мерлином. Тот наблюдал сквозь перегородку, как на противоположной стене соседнего помещения – тактического командного пункта – другой денщик вносит микроскопические поправки в местонахождение летающих островов на равноплощадной проекционной карте Лекифа. Периодически здание начинало вибрировать от гула прибывающего самолета или дирижабля.
Кукушка кашлянул, привлекая внимание собравшихся.
– У Мерлина есть новости для нас, – сказал он. Его голос, исходивший из переводчика, звучал эмоциональнее, чем три дня назад. – Это новости не только для Альянса Небесных Земель, но для всех на Лекифе, включая Сопряженные Территории, нейтралов и даже наших врагов из коалиции Теневых Земель.
Он подал знак Мерлину, призывая его встать. Мерлин взял со стола одну из книг Минлы, открытую на странице с рисунком созвездий над Лекифом.
– То, что я собираюсь вам рассказать, связано с этими созвездиями, – сказал он. – Вы видите в небе героев, животных и чудовищ, прорисованных штрихами между самыми яркими звездами.
В ухе у Мерлина зазвучал новый голос. Это была Тимелия, видный политик.
– Это не означает ничего, – терпеливо сказала она. – Всего лишь линии, проведенные между случайными точками. Древним мерещились в небесах демоны и чудовища. Современная же наука говорит нам, что эти звезды находятся очень далеко. Две звезды, которые видны на небе рядом, – например, Два Глаза Дракона Принии – могут на самом деле располагаться вдали друг от друга.
– Эти линии куда более важны, чем вам кажется, – сказал Мерлин. – Это схемы, которые вы хранили в памяти на протяжении десятков тысяч лет, хоть и забыли их подлинное значение. Тропы между звездами.
– В пустоте нет никаких троп, – возразила Тимелия. – Пустота – это вакуум, то, что заставляет птицу задохнуться, если из стеклянного сосуда откачать воздух.
– Вы можете считать это абсурдным, – произнес Мерлин. – Скажу одно: вакуум – не то, что вы понимает под этим словом. И вы можете отделить от него часть, если приложите достаточно усилий. Именно это сделали Пролагающие Путь. Они устроили между звездами огромные коридоры, реки из текущего вакуума. Они перемещались от звезды к звезде и так связали воедино всю Галактику. Мы называем это Паутиной.
– Это по ней ты прибыл сюда? – спросил Кукушка.
– Без нее мой маленький корабль никогда не сумел бы преодолеть межзвездные расстояния. Но когда я пролетал неподалеку от вашей планеты – ибо одна из нитей Паутины проходит через эту систему, – корабль столкнулся с проблемой. Именно поэтому «Тиран» поврежден. Именно поэтому мне пришлось приземлиться здесь и просить вашей помощи.
– И какова же природа этой проблемы? – спросил Кукушка.
– Мой корабль обнаружил ее всего три дня назад, основываясь на наблюдениях, которые вел со времени моего прибытия сюда. Похоже, что эта часть Паутины отсоединилась. Дефект в потоке, нарушение ровного течения. Часть его оторвалась и движется к вашему солнцу, ее притягивает гравитационная сила Каллиопы.
– Вы уверены? – спросила Тимелия.
