– Я много раз заставлял корабль перепроверить данные. Сомнений нет. Всего лишь через семьдесят лет Паутина пройдет через Каллиопу, словно проволока сквозь головку сыра.
Кукушка твердо взглянул в глаза Мерлину:
– И что произойдет?
– Поначалу, возможно, почти ничего: Паутина будет проходить через хромосферу. Но к тому времени, как она достигнет зоны ядерного горения… Я бы сказал, что ситуация сделается непредсказуемой.
– Можно ли это исправить? Вернуть фрагмент Паутины на место?
– Моему народу такие технологии неизвестны. Эти закономерности настолько грандиознее всего, что есть на Лекифе, насколько «Тиран» грандиознее ваших винтовых самолетов.
Новость явно ошеломила Кукушку.
– Что же мы можем сделать?
– Вы можете составить план эвакуации с Лекифа. Вы всегда знали, что космические путешествия возможны, – это есть в вашей истории, в книгах, которые вы даете детям. Если вы сомневаетесь, я покажу вам, что это правда. Теперь вам надо добиться этого самим.
– За семьдесят лет? – спросил Кукушка.
– Я знаю, это кажется невозможным. Но вы способны на такое. У вас уже есть летающие машины. Нужно только развивать ваши достижения, развивать и развивать, пока вы не добьетесь своего.
– Вы говорите так, будто это просто.
– Нет, это не просто. Это будет труднее всего, что вы делали до сих пор. Но я уверен, что вы сможете это сделать, если только сплотитесь. – Мерлин сурово посмотрел на слушателей. – А значит, больше не должно быть войн между Небесными Землями и Теневыми Землями. У вас нет на это времени. С этого момента промышленность и наука вашей планеты должны работать только на достижение этой цели.
– Ты собираешься помочь нам, Мерлин? – спросил Кукушка. – Ведь правда?
У Мерлина мгновенно пересохло в горле.
– Я бы хотел, но я должен улетать. В двадцати световых годах отсюда находится благодатная система, известная Когорте. Огромные суда моего народа, корабли-поглотители, иногда останавливаются в этой системе, чтобы запастись сырьем и произвести ремонт. Если я направлю сюда всего один корабль-поглотитель, он сможет взять пятьдесят тысяч беженцев, а если люди будут готовы к некоторым трудностям – вдвое больше.
– Не так уж много, – сказала Тимелия.
– Поэтому начните думать о том, как за следующие три поколения сократить численность населения. Спасти всех невозможно, но вы способны, как минимум, обеспечить эвакуацию взрослых, по возрасту способных иметь потомство… – Мерлин осекся, осознав, с каким ужасом и смятением смотрят на него присутствующие. – Послушайте, – сказал он, доставая из кармана куртки стопку листов бумаги и раскладывая их на столе. – Я приказал кораблю подготовить несколько руководств. По производству антибиотиков широкого спектра действия. По разработке авиационного двигателя нового типа, который позволит вам летать быстрее скорости звука и забираться куда выше, чем сейчас. По металлургии и высокоточной обработке металлов. А вот чертежи двухступенчатой жидкостной ракеты. Немедленно начните изучать ракетостроение, иначе вы не выйдете в космос. – Он коснулся последнего листа. – Здесь содержатся кое-какие утверждения о природе физической реальности. Эта простая формула связывает энергию и массу. Скорость света – абсолютная константа, не зависящая от перемещения наблюдателя. Вот схема присутствия эмиссионных линий в спектре водорода, вот математическая формула, позволяющая вычислить размещение этих линий. Все это поможет вам добиться определенного прогресса.
– И это все, что вы можете нам дать? – скептически спросила Тимелия. – Несколько страниц с невнятными чертежами и загадочными формулами?
– Я даю больше, чем когда-либо было в распоряжении большинства цивилизаций. Предлагаю вам начать думать над всем этим прямо сейчас.
– Я передам это Дрозду, – сказал Фазан, беря чертеж реактивного двигателя, чтобы убрать его к себе в портфель.
– Только после того, как все это будет скопировано, а копии помещены в архив, – твердо произнес Кукушка. – И надо постараться, чтобы ни один из этих секретов не попал в Теневые Земли. – Он снова повернулся к Мерлину. – Несомненно, вы размышляли надо всем этим.
– Немного.
– Вы впервые столкнулись с планетой наподобие нашей, которой предстоит умереть?
– У меня есть кое-какой опыт. Некогда была планета…
– Что с ней произошло? – спросил Кукушка, не дав Мерлину закончить.
– Она погибла.
– Сколько человек спаслось?
На миг Мерлин потерял способность отвечать. Казалось, слова застряли в горле, тяжелые, словно камни.
– Выживших было всего двое, – тихо сказал он. – Два брата.
Обратный путь к «Тирану» был самым долгим в его жизни. С тех самых пор, как он принял решение покинуть Лекиф, он раз за разом возвращался к этой ситуации и прокручивал ее в голове. Ему всегда представлялось, как ошеломленная новостями, но не устрашенная толпа аплодирует, а он, Мерлин, вскидывает руку в салюте, подбадривая людей. Он оказался не готов к холодному молчанию слушателей и к тому, как осуждающе они глядели на него, когда он покидал низкие здания авиабазы. Их невысказанное отвращение висело в воздухе.
