– Я никогда не стремился к убийству. Но знако́м с опасностью, для избавления от которой можно заплатить любую цену. Они уничтожили мою планету, мой народ. Лишили Крякву корабля и команды. Они сделают то же самое с каждой человеческой планетой в Галактике, дай им только время. Мне казалось, что, если я смогу принести этой системе мир, это будет стоящим деянием. Хоть кое-что в борьбе против ширящейся тьмы.
– И это оправдывает все ваши действия?
– Я лишь пытался сделать как лучше.
Страксер печально рассмеялся, словно потерял счет тому, сколько раз он слышал это оправдание.
– Единственный способ сделать как лучше, Мерлин, – не убивать. Не тогда, когда это будет для вас удобно, а здесь и сейчас, прямо со следующей минуты. Тактик это понял. – Вдруг Страксер хлопнул себя по шее, словно хотел прихлопнуть насекомое. – Что происходит?
– Иммерсионный костюм подключается к вашей нервной системе, – объяснил Мерлин. – Это быстро и безболезненно и не причиняет особого вреда. Вы тоже это чувствуете, принц?
– Может, это и не больно, – откликнулся Баскин, – но не могу сказать, что приятно.
– Доверьтесь мне, – сказал Мерлин. – Мы умеем делать такие вещи.
Наконец он почувствовал, что готов уделить Железному Тактику все свое внимание.
Сферическое тело Тактика покоилось на пьедестале в центре зала; тусклый свет придавал металлической обшивке медный, красновато-коричневый оттенок. Нигде на компьютере не видно было ни глаз, ни каких-либо камер, – во всяком случае, Мерлин их не разглядел. Но он кожей чувствовал, что его заметили, осмотрел и измерил разум, отличающийся от его собственного.
Он поднял руки:
– Я – Мерлин. Думаю, я знаю, что ты такое. И ты, вероятно, знаешь, что я такое. Я пытался забрать тебя и причинить вред твоему астероиду. Я сожалею о людях, которых убил. Но теперь я стою перед тобой, безоружный. У меня нет ни оружия, ни скафандра, и я сильно сомневаюсь, что есть то, при помощи чего я могу причинить тебе вред.
– Вы впустую расточаете слова, – сказал стоящий рядом Баскин, потирая шею.
– Нет, – возразил Страксер. – Не впустую. Тактик слышит его. Он полностью осознает все, что происходит вокруг.
Мерлин коснулся металлической оболочки Железного Тактика и ощутил тепло и пульсацию внутренних механизмов. Когда он оказался рядом, что-то загудело и встряхнулось, последовала череда тихих звуков, словно в огромном бойлере или стиральной машине лилась вода. Мерлин провел рукой по помятому углу одной из толстых пластин брони, затем по пазу между двумя пластинами. Кое-где пластины, крепившиеся на шарнирах, были отвинчены или откинуты, виднелись позолоченные контакты, электрические и химические разъемы и даже ряды индикаторов и органов управления. Стрелки подергивались, огоньки вспыхивали, намекая на таинственные процессы, идущие под броней. Местами сквозь окошки из темного стекла виднелось зеленое свечение.
«Тиран» зашептал Мерлину на ухо, через наушник переводчика. Мерлин кивнул, проговорил губами ответ, потом снова перенес внимание на сферу.
– Ты чувствуешь мой корабль, – произнес Мерлин. – Он сказал, что понимает твою вспомогательную аппаратуру и может отобразить меня в твоем электронном сенсориуме при помощи этого иммерсионного костюма. Я бы хотел войти. Можно?
Ответа не последовало, – во всяком случае, ни Мерлин, ни его корабль такового не распознали. Но к этому моменту Мерлин уже принял решение и был твердо настроен исполнить его.
– Корабль, проведи нас внутрь. Всех нас. Мы рискнем.
– А если все обернется к худшему? – спросил «Тиран».
– Спасайся. Улетай и найди того, кто сможет использовать тебя во благо.
– Ну, это будет уже не то, – сказал «Тиран».
Иммерсионный костюм унес его из зала. Дезориентация чуть затянулась, а потом Мерлин вместе со спутниками оказался в комнате с высоким потолком – такая вполне могла быть пристройкой Дворца Вечных Сумерек. Но архитектурные детали чуть отличались, льющийся из окон свет был немного не таким, как у него дома, и далекие очертания холмов оставались недвижными. Под ногами лежал мраморный пол. В белых каменных стенах были проделаны изящные арки окон.
– Я знаю это место, – оглядываясь, проговорил Баскин. – Я провел в этих комнатах бо́льшую часть юности. Это императорский дворец в Ларге, до того как его покинули. – Даже в сенсориуме на нем был иммерсионный костюм, и принц с нескрываемым изумлением погладил тонкую ткань. – Потрясающая технология, Мерлин. Я словно вернулся в детство. Но почему именно эти комнаты? Зачем понадобилось воссоздавать дворец?
В помещении была лишь одна дверь. За ней виднелся короткий коридор с высокими окнами по одной стороне и дверями по другой. Мерлин кивком предложил всем двигаться туда.
– Расскажите ему, Страксер. А я посмотрю, насколько точно я угадал.
– Что угадали? – спросил Баскин.
– То, что произошло, когда на это место напали, – ответил Мерлин.
Они вышли в коридор. Страксер, кажется, не знал, с чего начать. Губы его шевелились, но с них не срывалось ни звука. Потом он опустил взгляд, сглотнул и нашел нужные слова.
