– Я совершил ошибку, – признал Мерлин. – Тяжелую ошибку. Слишком сильно хотел получить одну вещь. Но я пришел, чтобы искупить свою вину.
Теперь настала очередь Баскина подойти к мальчику.
– Половина жизни у нас с тобой общая, – сказал он. – Они украли жизнь у тебя и заставили меня думать, что она моя. У них получилось. Я уже старый человек и думаю, что в глубине души ты тоже стар. Но у нас есть нечто общее. Мы оба переросли войну, и не важно, признают это окружающие или нет. – Он присел рядом, задев нескольких солдатиков. Мальчик сердито взглянул на него, но, похоже, решил не возмущаться. – Я хочу помочь тебе. Кряква сказала правду. Вы и вправду родственники. А мы с тобой – нет, но это не значит, что я не хочу помочь. – Он коснулся руки мальчика, зависшей над деревянными укреплениями. – Я помню эти игры. Эти игрушки. Я тоже играл в это. Мы же можем играть вместе, правда?
Баскин медленно, с трепетом повернул одно из сооружений так, чтобы орудия смотрели наружу.
– Мне так не нравится, – сказал мальчик.
– Покажи, как надо, – предложил Баскин.
Мальчик взял укрепление и переставил его. Потом взял другое, придвинул к первому и поднял взгляд на Баскина, ища и одобрения, и похвалы.
– Вот видишь? Правда, так лучше?
– Намного лучше, – подтвердил Баскин.
– А ты можешь переставить вот это, – указал мальчик на другое укрепление. – Ставь его сюда, только задом наперед.
– Вот так? – спросил Баскин с улыбкой, нервной и робкой.
– Немного ближе. Ага, так годится.
Мерлин лишь сейчас осознал, что на время этого короткого разговора задержал дыхание. Пока еще рано было делать выводы, но комнату больше не трясло. Опасаясь разрушить хрупкие чары, он коротко переговорил с «Тираном», без слов. Корабль подтвердил, что кинетические снаряды больше не падают.
– А теперь переходим к самому сложному, – пробормотал Мерлин, то ли себе, то ли слушателям. – Принц, слушайте меня внимательно. Восстановите эти укрепления. Как можно старательнее, потому что вам надо защитить себя. Предстоит тяжелая работа, очень тяжелая, и вам надо быть сильным.
– Я не люблю работать, – сказал мальчик.
– Никто из нас не любит. Но если вам надоела эта игра, я могу предложить другую, намного интереснее. Вы станете конструировать мир и поддерживать его. Это будет труднее всего, что вы делали до сих пор, но я не сомневаюсь, что вы примете вызов.
– Мерлин, эти флотилии не захотят отступиться, – шепотом сказал Страксер.
– Я их заставлю, – пообещал Мерлин. – Надо только, чтобы принц начал. Дальше его очередь. Фактически – ваша, – поправился он. – Ему потребуется любая доступная помощь, Страксер.
Мерлин придвинулся поближе к мальчику.
– Нам надо будет соврать, – доверительно сказал он. – Соврать, чтобы они нам поверили, эти флотилии. Не навсегда, на такой срок, чтобы мир стал казаться более легким выходом. Я понимаю, что прошу многого, но я знаю, вы справитесь.
Мальчик взглянул на Мерлина в упор:
– Соврать?
– Вы поймете. «Тиран», свяжись с этими кораблями. Со всей бинарной системой. Дай самый мощный сигнал. Захвати все передатчики, какие только найдешь. И переведи эти слова как можно лучше. – Тут он нахмурился и повернулся к Крякве. – Нет. Не он, а ты. Человек, владеющий языком. Это будет лучше моих жалких потуг.
– И я должна сказать?
Мерлин улыбнулся. И сообщил ей. Это не заняло много времени.
