Я изо всех сил постаралась выкинуть из головы ненужные мысли. Только я и моя сила. Здесь и сейчас. Образы в тумане замелькали быстрее. Прошлое или будущее – было не понять. Лица. Знакомые, незнакомые, словно вся моя жизнь, прошлая и будущая, вывалилась на меня потоком. Мне стало страшно. Захотелось выскочить из этого тумана, выплыть. Здесь не было ориентиров, не видно было ни верха, ни низа. И даже меня, кажется, не было.
«Иди вперёд. Вдох… Выдох…»
Но я не знала никакого «вперёд». Всё мельтешило, и заболела голова.
«Тебе нужно успокоиться. Вдох… Выдох…»
– Нет!
Я резко выдохнула и открыла глаза. Мир вернулся на место. Юлиан сидел напротив, чуть наклонившись вперёд, и смотрел на меня.
Сердце у меня колотилось как бешеное. Голова раскалывалась. Я не шевелилась, стараясь отдышаться.
Юлиан выпрямился и сказал:
– Почему ты боишься своей силы?
– Вот давай без психоанализа! – бросила я, конечно, слишком резко, но на вежливость не осталось сил.
– Это не психоанализ, это видно невооружённым глазом. – Тренер встал и подошёл к фильтру на столе. Налив в стакан воды, он поднёс его мне. – Стоит тебе подойти ближе к внутреннему источнику, как ты впадаешь в панику. Я вижу, что это неосознанно, но, чтобы преодолеть этот барьер, придётся поработать над собой.
Я глубоко дышала, пытаясь справиться и с болью в голове, и со злостью на Юлиана. Меня раздражали его слова и его полнейшее спокойствие. Как будто это он был виноват в том, что у меня ничего не выходит.
– Как?
– Ну, у меня есть в запасе несколько практик, но, может быть, тебе комфортнее будет обратиться к психологу?
Я сделала пару глотков воды и уже немного пришла в себя. И всё равно его слова показались какой-то околесицей. Психолог? Но у меня с моей силой всё прекрасно! А эти тайные непонятные способности мне не очень-то и нужны. Может, просто в этом дело? Не хватает мотивации?
– Я подумаю об этом, ладно? Сейчас устала и голова болит.
– Ты слишком напрягаешься. Поверь мне, если проработаешь этот блок, всё станет гораздо проще!
Я только кивнула.
– Но сегодня ты молодец! Ты заметила свой прогресс?
Пришлось повторить свой жест. Да, я зашла дальше, чем обычно, но не могу сказать, что мне это понравилось.
– Спасибо, Юлиан. Я, пожалуй, пойду.
– Может, молочный улун? Ты выглядишь бледной. Чай бы не помешал.
Я подняла голову и взглянула на часы. Уже восемь вечера!
– Нет, я лучше поеду.
Тренер возражать не стал. Несмело я поднялась на ноги. Но они, на удивление, держали крепко. Боль в голове потихоньку утихала.
Пока я обувалась и переводила через приложение на телефоне оплату за занятие, Юлиан сходил на кухню и вернулся с амулетом, который я чуть не забыла. Он задумчиво повертел его в руках и сказал:
– Он ведь на самом деле тебе не нужен. Зачем костыли, если можешь ходить сама?
– В каком это смысле? – едва скрывая раздражение, отозвалась я, ещё помня, как отлёживалась битый час на Димином диване.
– Ты гораздо сильнее, чем думаешь, – проникновенно произнес Юлиан, глядя мне в лицо своими чёрными глазками.
Я ничего не ответила, а только протянула руку за амулетом. Он вложил грифона в мою ладонь, а потом задал вопрос, которого я точно от него не ожидала:
– Как продвигается ваше расследование? Выяснили, кто новый маньяк с топором? – Улыбка на лице и спокойный взгляд, но я всё равно была обескуражена.
– Нормально, подробности я не могу разглашать. А что, о привлечении Ордена к этому делу уже объявили в новостях?
Юлиан делано рассмеялся.
– Просто с Димой днём созванивался, – пояснил он. – Ну ладно, удачи!
Я вышла из квартиры в коридор, и всё то время, что спускалась по ступеням с третьего этажа, пыталась понять, что тут не так. У меня было неприятное ощущение фальши. Но в чём именно? Юлиан не созванивался с Димой? А как тогда узнал о расследовании? Ну допустим, могли быть свои каналы. А зачем он вообще это спросил, ведь не ожидал же он, что я вывалю ему наши подозрения и улики?
Я тряхнула головой. Похоже, меня одолела паранойя! Наверное, от Паши заразилась, который вечно подозревает всех. Да, вопрос прозвучал натянуто, но Юлиан мог задать его просто для поддержания беседы.
Когда я уже толкнула дверь в парадную, раздалась трель телефонного звонка. Мысли о Юлиане тут же вылетели из головы.
– Привет, мам!
Приятная музыка играла и играла, а я кружилась в вальсе с Пашей. Однако он вдруг чувствительно толкнул меня в бок и сказал:
– Выключи уже свой будильник!
Тогда я проснулась. Будильник с именем «Катя» на экране был очень настойчив. Только отключив его, я поняла, что она мне звонила, а потом обнаружила десяток сообщений о том, что нам нужно встретиться, и желательно прямо сейчас, в семь утра.
Встревожившись, я встала с постели. Паша что-то пробормотал во сне. Одно из Катиных посланий умоляло ничего ему не говорить, так что я не стала его будить.
Умывшись и одевшись, я выглянула в окно. На залитой ранним солнечным светом улице под моим окном стоял Майк – Катин огромный чёрный внедорожник. Я быстро взяла сумочку и спустилась.
