Сидеть и ждать новостей от Димы было утомительно. Мы с Пашей взялись за материалы дела. Катя тоже пыталась изобразить деятельность, но быстро отпихнула бумаги и принялась тыкать что-то в телефоне. Я лениво скользила по строчкам глазами, а мыслями то и дело уносилась к возможным неприятностям. Что плохого может сделать нам Следственный комитет? Прекратить сотрудничество с Орденом? Закрыть доступ к каким-то полицейским отчётам? Или что-то посерьёзнее?
Но потом я поняла, что отстранение от этого дела – уже достаточно ужасное наказание. Мы так и не докопались до истины. А значит, может умереть ещё одна ни в чём не повинная девушка!
– А мы ведь собирались сегодня к Роману, – вспомнила я. – Может быть, я смогла бы заставить его всё вспомнить… Как думаешь, Паша, нас уже к нему не пустят?
– Конечно, не пустят, – буркнул он. – Наверняка Степан первым делом запретил нас к его клиенту на пушечный выстрел подпускать.
Вдруг Катя вся дернулась, будто её ударило током. Она подпрыгнула на скамье и чуть не выронила телефон.
– Ты чего? – встрепенулся Костя.
Катя подняла глаза на нас.
– Вы новости видели?!
– Ещё одна жертва? – Паша встал и подошёл к ней, чтобы заглянуть через плечо в её мобильник. У меня холод пробежал по спине.
– Нет! Маньяк сбежал! Этот ваш Рома!
– Не может быть! – Паша достал свой телефон.
Я тоже подскочила к Кате.
– Во всех новостях он! Это не фейк! – вопила она.
Тогда я тоже открыла ленту новостей. «Опасный убийца на свободе», «Новый Раскольников совершил побег из тюрьмы», «Будьте осторожны… Срочно разыскивается…»
– Собаки на территории тюрьмы оказались заражены оборотневым бешенством! – прочла я.
– Че-воу? – испугался Костя.
– Поля, читай вслух! – выпалила Катя.
– «Сегодня около десяти часов утра осуждённому за убийства девушек в прошлом году Роману Симакову стало плохо. Это произошло сразу после введения обычной дозы противомагического препарата. Возможно, имела место аллергическая реакция. Роман был немедленно доставлен в больницу на территории тюрьмы. В это время охранные собаки, содержащиеся при тюрьме, вырвались на свободу из загона. Сотрудники сразу отметили их невероятную силу и свирепость. Они перестали подчиняться командам и бросались на всех подряд. Постепенно менялся их облик: клыки стали длиннее, торс мощнее, глаза налились кровью. Персоналу с большим трудом удалось загнать их обратно, для этого пришлось временно отключить подавление магии на территории тюрьмы. Несколько человек получили ранения. Прибывший на место ветеринар сразу определил у животных в крови вирус оборотневого бешенства. Он ввёл необходимую сыворотку, и сейчас животные в полном порядке. Однако, когда угроза была устранена, Романа Симакова в больнице не оказалось. Его поиски не привели к результату. Есть вероятность, что он пробрался в машину ветеринарной службы. По факту побега проводится расследование. Если вы увидите…» И так далее. – Я закончила читать и обвела всех растерянным взглядом.
Паша судорожно перечитывал новость. Катя, нахмурившись, откинула розовую прядь с лица. Костя, как обычно, задумчиво молчал.
– Ну конечно! – Я аж подскочила от внезапной мысли. – Он сказал: не через два дня, а через три! Он это планировал! Он знал, что ему не придётся открывать мне воспоминания!
– О нет, – убито проговорил Паша.
Я в волнении принялась мерить шагами наш «кабинет», совсем как Дима недавно.
– Вот почему он отказал нам! Он не хотел вспоминать, и он знал, что ему не придётся!
– Или он всё прекрасно помнил, – добавил Паша. – Просто водил всех за нос, чтобы ему сочувствовали. А сам планировал побег и новые преступления.
Я замерла.
– Нет! Я так не думаю. Не мог он так легко обмануть специалистов! Кто-то заметил бы ложь. Он точно не помнит, что делал. Но это не значит, что он невиновен.
– И ему точно кто-то помогал, – вставил Паша. – Где бы он взял вирус?
– Ты думаешь, что собак заразили намеренно?
– Это очевидно! Именно в этот день, да ещё редким и дорогим вирусом – таких совпадений не бывает!
– Я знаю, что иногда животные болеют оборотневым бешенством. Там лес недалеко от тюрьмы, – несмело заметила я.
– В любое другое время – да. Но здесь перед нами спланированная диверсия, – не отступал Паша. – И есть хороший вопрос: где сообщник взял вирус? У него должен был иметься доступ к нему.
– А если это ветеринар? – воскликнула Катя. – Там и написано, что Роман мог спрятаться в его машине!
– Разве его могли пропустить на территорию тюрьмы на машине? – спросила я.
– Могли! В такой ситуации – вполне, – кивнул Паша. – Если бы вакцина не подействовала, то собак пришлось бы увозить с территории. Это в ведении ветеринара.
– Так давайте найдём его и допросим! – воодушевилась Катя.
Паша покачал головой.
– Ты забываешь, что это не наше дело. Мы не имеем права никого допрашивать.
– Сыграем дурачков! Нам ещё никто не объявил, что нас отстранили, – не сдавалась девчонка.
