Я выбегаю из кабинета, оглядываюсь. Слава богу, никого нет поблизости, только два пациента плетутся к лестнице, пряча что-то в карманах. Наверняка собрались покурить. В другое время отобрала бы сигареты и проводила по палатам, но сейчас сделаю вид, что ничего не заметила. Пусть считают, что им повезло.
На трясущихся ногах я забегаю в туалетную комнату для персонала, в которой, к счастью, никого. Умываю лицо холодной водой и поднимаю взгляд на зеркало.
На меня смотрит девушка с ошалевшими глазами и раскрасневшимися щеками.
Надо успокоиться. Но как только я вспоминаю Кирилла…
Его сильные руки, такие теплые и мягкие губы, как все вокруг меня буквально плывет.
Вторая сестра, Маша, зовет меня срочно в процедурку — не может попасть больному в вену и жутко нервничает. Отвечаю:
— Бегу, сейчас все сделаем, — и направляюсь в процедурку.
Ночь прошла почти спокойно, не считая мелких происшествий — истерики больной по поводу того, что она не может принять ванну, как привыкла, и вообще устала от нас. Успокоили, принесли чай, конфет, рассказали, что дома она сможет принимать и ванну, и все, что ей нравится, но надо потерпеть.
Успокоилась. Даже извинилась. Нервы, мы же понимаем, пожелали спокойной ночи и пошли с Машей выпить кофе.
Маша, смеясь, рассказывает, как днем Лидочка из терапии обсуждала Кирилла Алексеевича:
— Ты, Лиз, представляешь, так и говорит: “Такой охренительный мужик этот новый босс. Позовет — не раздумывая к нему в койку прыгну”, — Машка отхлебнула кофе и продолжила: — Нет, ну как тебе это нравится? У бабы муж и двое детей, а она, понимаете ли, в койку к боссу собралась прыгать!
Я киваю и думаю, что у меня ведь тоже муж, а я почему-то совсем не вспоминаю о нем.
И, кстати, совесть меня по этому поводу не мучает от слова совсем.
“Верный” мой супруг появился дома после полутора суточного загула как ни в чем не бывало, притащил винишко, фруктики: “Давай, Лизонька, с тобой посидим вдвоем”.
Это типа у нас такой романтик намечается.
Я ему так нежно говорю:
— Милый, ты где шарахался все это время? Только не ври про другана своего Саню, он с мамой своей в больнице нашей сидел, всю ночь. Матушка его приболела.
Кстати, передавал тебе привет. Что скажешь, родной?
Муженек засуетился, стоит спиной ко мне и фрукты эти несчастные намывает, видимо, срочно сочиняет себе легенду.
— Лиз, ну захотелось мне провести время с друзьями в чисто мужской компании. Вы же бабы не любите наши посиделки, вот и соврал про Саню, — Ленька наконец повернулся ко мне и стал раскладывать на блюде клубнику с бананами.
— Лень, ладно, черт с тобой. Я сегодня устала, как собака, давай просто поедим. Ты только мне сказки свои не пытайся рассказывать, я все же взрослая девочка. Включи вон телевизор. Кино посмотрим. На романтику у меня сил нет совсем.
Мне показалось, что Ленька даже обрадовался. Мы молча поужинали и легли спать, отвернувшись друг от друга.
Мне приснился странный сон.
Я иду по песчаному берегу. Жара, море блестит и переливается на солнце, ветер играет волосами.
И вот я вижу, что навстречу мне идет Кирилл. Я ужасно обрадовалась, ускорила шаг, и вот мы уже почти бежим навстречу друг другу.
Кирилл улыбается, протягивает руки, а я буквально кидаюсь в его объятия. Он обнимает меня и нежно целует.
Боже, как же он целуется!
Я просыпаюсь от бешеного стука собственного сердца.
Выхожу в кухню, наливаю стакан воды, задумчиво смотрю на стол, где стоит блюдо с Ленькиными фруктами…
А может взять тарелку и на голову ему опустить?
Дикая мысль, но меня отпускает.
Приехала домой после смены, тишина, муженек опять гуляет где-то.
Ну и фиг с ним, свалил бы что ли уже в закат окончательно.
А ведь когда-то мы были такие счастливые и мечтали о том, что у нас появится наконец своя квартира, и не придется нам по съемным мыкаться, что будем мы работать и перестанем копейки считать…
В итоге что? Квартира, правда, есть, а больше и ничего. Любви даже не осталось. Да что там любовь — похоже, и простое уважение кончилось.
Ленька врет постоянно, при первом удобном случае бежит к друзьям, а то и к подружкам.
А я? Я, конечно, жена верная, боевая подруга, так сказать, но вот появился этот перец и…
Стараюсь, держу лицо, но честно сказать, хочется, быть просто слабой девочкой рядом с сильным мужиком.
Пытаюсь не показывать виду, но то каждого его прикосновения меня бросает в жар, кровь кипит, я понимаю, что нельзя… но, черт возьми, в моем животе что-то скручивается в пружину.
Я ведь понимаю, как он смотрит на меня, и вижу, что ему нужно.
Вот тот случай в его кабинете… Я только вспоминаю и меня в жар бросает. Что это было?
Вроде бы он меня силой держал, но мое тело хотело продолжения. Как же так получается?
Чего уж душой кривить — хочет он меня просто. Поиметь, поиграть, а потом посмеяться и выбросить, как игрушку, с которой наигрались и выбросили, чтобы купить новую.
Такие мужики притягивают к себе, вон все наши женщины в больнице стараются боссу на глаза попасться, стоит только ему появиться в больнице.
Не хочу быть одной из ста подобных дурочек.