Вышел, прошел по отделению, все на местах, Лизы нигде не видно.
Может, букет для нее заказать? Большой? Нет, очень большой. И привезти ей вечером домой.
Я даже телефон ее не знаю…
Она сказала: “Ненавижу!”
Глаза мокрые, несчастные, прости, девочка, я урод, правда. Нельзя с тобой так.
Набираю хирургию:
— Там у вас сестричка есть, Елизавета. Мне надо, чтобы она кое-какие бумаги подписала, вы не могли бы ей передать, чтобы зашла ко мне?
— Лиза? Заболела внезапно. У нее температура подскочила высокая, из носа течет, голос пропал. Я ее на больничный отправил, сейчас вирус опасный, а у нас больные… Не дай бог подцепят инфекцию. Так что, Кирилл Алексеевич, не раньше, чем через неделю, а то и две, — говорит заведующий отделением.
Ну а что ты хотел, Кирилл. Девчонка, наверное, и правда, заболела. Как говорится, все болезни от нервов.
Съездить вечером навестить?
А муж?
К черту мужа!
Вечером еду в цветочный салон, покупаю огромный букет, самый большой в салоне. Продавщица аж зашлась от восторга: “Наконец-то нормальный мужчина зашел! Вот вашей даме повезло!”
Ага, свезло моей даме, просто сказочно свезло! Оставляю хорошие чаевые.
В супермаркете покупаю самые красивые фрукты и дорогой шоколад. Что еще взять? Сок? Покупаю пару пакетов. Может, еще медведя какого-нибудь плюшевого? Девочки любят игрушки. Или перебор будет? Ладно, медведь будет в следующий раз.
Сажусь в машину, еду к ее дому.
Беру пакеты, букет, поднимаюсь по лестнице. Да уж, подъезд так себе, прямо скажем, не фонтан.
Подхожу к нужной квартире. Звоню. Слышу шаги за дверью. Открывает парень невнятной наружности. Наверное, лет десять назад, он считался у девчонок красавчиком — блондин с голубыми глазами, ямочка на подбородке. Сейчас это усталый чел, с начинающими редеть волосами, глаза тусклые, плечи опущены.
Короче, “не орел”, как говорила моя бабушка.
Блондин этот удивленно таращится на меня, букет, пакеты:
— Вы, простите, к кому?
— Добрый вечер! Елизавета здесь живет? Я ее босс. Вот пришел навестить больную. Гостинцы принес.
Перешагиваю через порог, отодвигая чела внутрь прихожей. Тот пятится, хлопая глазами:
— Лиза уже спит. Давайте, я ей передам… Не стоит ее будить, у нее температура высокая.
— Уважаемый, позвольте пройти. Я взгляну, быть может ей что-то нужно.
Не обращая внимания на мужа, захожу в спальню.
Тусклый свет ночной лампы, кровать, Лиза лежит, укрывшись одеялом по подбородок.
Подхожу ближе, она испуганно смотрит на меня, пытается что-то сказать, но видно, что не получается у нее.
Может, и правда голос пропал?
— Лиза, я навестить зашел. Вот фрукты, соки, сейчас витаминов нужно больше есть.
Черт, не знаю, что говорить.
— Цветы вот… — Киваю мужу — Найдете вазу подходящую?
Тот пожимает плечами и выходит в коридор.
Я подхожу к Лизе поближе, глажу ее по голове:
— Ну прости меня, девочка, больше такое не повторится.
Она болезненно морщится, кажется сейчас заплачет, еле слышно шепчет:
— Уходи, прошу тебя, уходи… — Закрывает глаза, отворачивается.
Я выхожу, спускаюсь по обшарпанной лестнице, сажусь в машину, стучу кулаком по рулю.
Да, ну нафиг, сколько можно, завтра же пойду Лидочку эту фигуристую приглашу куда-нибудь, она явно уже на все согласна.
Рывком трогаюсь с места, делаю несколько кругов по городу, еду домой.
Ну почему передо мной эти несчастные, полные слез глаза, за что мне это наказание?
Я уехала.
Купила билет на поезд и в путь.
К Катьке, моей лучшей подруге, еще со школьных времен.
Нас было трое подружек — я, Катька и Ленка. Ленка уже несколько лет живет в Америке, выскочила замуж за американца и осела где-то в Техасе. Зовет нас в гости, но уж больно далеко. Так что общаемся только по видеосвязи.
Катька же вышла замуж за Лешего, это она так своего мужа-лесника называет.
И уехала с ним жить на дальнюю заимку, в глубине леса. У них двое сынишек-близнецов — Санька и Данька. Мальчишки просто невероятного обаяния и дикой шкодности.
Они почти всю свою жизнь провели в лесах, поэтому дадут сто очков любому взрослому — смогут найти дорогу по звездам, разыщут родник с питьевой водой, накормят съедобными грибами или ягодами, причем не перепутают то, что можно есть, с тем, что лучше даже не трогать.
Катька закончила универ, филологический факультет, но без сожаления бросила аспирантуру и уехала в лес со своим Лешим.
Сейчас она воспитывает мальчишек, учит их по каким-то особым программам, они уже отлично читают, решают задачи, осваивают английский, и много еще чего знают.
Катька пишет книги, когда ей удается освободиться от дел насущных, и мне кажется, что ей удалось достичь гармонии вокруг себя и внутри себя тоже.
Поживу у Катьки, отдохну и душой и телом, и начну искать новую работу.
В нашу больницу я не хочу возвращаться.
Катьке я смогу рассказать все как на духу, она не станет лукавить и говорить общими фразами, рубанет правду-матку.
А я наконец выплесну все свои печали на чью-то голову.
С кем я еще могу поделиться тем, как Кирилл приехал к нам ночью с цветами и фруктами? Как мне стало страшно, когда он смотрел мне в глаза и сказал:”Прости”?