Первым ударил Резак. Пространство вокруг сферы исказилось, покрылось рябью, словно от брошенного в воду камня. Сфера затрещала, по ней побежали глубокие трещины, из которых хлынул поток ледяной энергии, обжигая даже сквозь Щит Ереси. Одновременно я выпустил Поток Молний. Яркая синева ударила по алтарю, по призракам, по Йети. Призраки зашипели и начали таять, как снег на раскалённой сковороде. Йети взвыли от боли, их шерсть задымилась, а некоторые рухнули на землю, корчась в конвульсиях.
Но Король Морозных Обезьян среагировал мгновенно с поразительной для его габаритов скоростью. Вокруг него и алтаря вспыхнул защитный купол из тёмного, почти чёрного льда, переливающийся багровыми бликами. Мои молнии бессильно разбились о него, рассыпавшись снопом искр.
— Магические гранаты! — мысленно скомандовал себе, а затем послал несколько «подарков», которые держал наготове, активируя их в полёте.
Взрыв! Оглушительный, рвущий барабанные перепонки. Алтарь разлетелся на куски, взметнув в воздух тучу ледяной крошки и обугленных обломков. Ледяная сфера в его центре взорвалась с такой силой, что пространство вокруг исказилось, схлопнулось, а затем расширилось, аннигилируя всё в радиусе двадцати метров. Призраки и Йети, попавшие в зону поражения, просто испарились, не оставив и следа.
Но защитный купол вокруг Короля выдержал! Он пошёл золотистыми трещинами, из которых сочился тёмный дым, но остался цел. И в следующую секунду в мою сторону ударила волна ледяного тумана. Густого, плотного, обжигающе холодного. Он окутал меня, мгновенно выбивая из невидимости, сковывая движения, высасывая остатки тепла и маны. Я почувствовал, как тело немеет, как ледяные иглы впиваются в каждый сантиметр кожи, проникая даже сквозь броню. Лёгкие сдавило, дышать стало почти невозможно, а мысли стали путаться и замедляться.
Мир перед глазами начал меркнуть, звуки затихли, превратившись в глухой давящий гул. Последнее, что увидел сквозь пелену ледяного тумана и угасающее сознание, это горящие яростью, торжествующие глаза Короля Морозных Обезьян, устремлённые прямо на меня.
—
Внимание! Активирован навык «Бэкап»! Обратный отсчёт: 5… 4… 3…
Мир не возвращался, он буквально вливался в меня. Не резкой вспышкой, а тёплым густым потоком, вытесняя из лёгких и сосудов смертельный холод. Ощущалось это настолько контрастно, что на мгновение закружилась голова, словно из ледяной купели меня окунули в горячую ванну. Секунду назад моё сердце было куском льда, а сознание угасающим угольком во тьме, теперь же оно вспыхнуло с новой, почти болезненно-яростной чёткостью.
Бэкап.
Я снова на ногах. Полный запас маны загудел в меридианах, словно высоковольтный кабель под напряжением, усталость, ещё мгновение назад давившая свинцовым грузом на плечи и веки, испарилась без следа. Мышцы налились силой, дыхание стало ровным и глубоким. Объёмное восприятие Пространства мгновенно развернуло передо мной трёхмерную карту поляны, отмечая каждую веточку, каждый сугроб, каждую потенциальную угрозу. В пяти секундах прошлого, в параллельной, уже несуществующей ветке реальности осталась моя ледяная статуя, безмолвный памятник собственной самонадеянности.
Король Морозных Обезьян, тот самый, что с нескрываемым торжеством наблюдал за моей агонией, застыл. Его пустые, но хищные глаза, два куска красного льда, остекленели от непонимания. В том, что осталось от его мозга после многих поколений одичания, произошёл очевидный сбой. Добыча, только что обращённая в ледяную пыль, снова стояла перед ним живая и невредимая. В зверином сознании произошло короткое замыкание. Он рефлекторно моргнул, повернул голову и втянул носом воздух, пытаясь понять, не галлюцинация ли я. Эта доля секунды замешательства и есть моё главное и единственное оружие.
Не давая ему опомниться, я влил ману в навык. Высшая невидимость окутала меня плотным коконом, стирая из реальности не только визуальный образ, но и запах, и тепловой след. Мир вокруг слегка расфокусировался, а я стал призраком, наблюдающим за реальностью через мутное стекло. Одновременно с этим сделал короткий беззвучный Шаг Пространства в сторону, за ствол ближайшего дерева. Пространство вокруг меня сжалось, словно гармошка, и я мгновенно оказался в новой точке, не производя ни звука, ни движения воздуха.
