Это прибавило подозрений в адрес Калязиновой. Правда, агенту на это было глубоко наплевать – стоило ему покинуть помещение, как его посетило чувство, что за ним кто-то следит!
Когда он понял, что этот кто-то – просто пара девушек, он было утешился – опасными они не выглядели. Но это было ненадолго…
– Эй, ты! Куда ты дел Соколовского? Ты, может, в сговоре с Калязиновой? Где вы его держите?
Рванувший со всех ног агент и знать не знал, что теперь роль загнанного зверька будет его второй натурой!
Калязинова наткнулась на странных девиц, когда выходила из дома, где у неё была городская квартира:
– Cофия? Мы хотели бы у вас спросить…
– Да кто вы такие? Я вас не знаю!
– Мы – поклонницы Соколовского…
– Убирайтесь вон! Пошли от меня! – заверещала Соня, и это было фатальной её ошибкой.
– Где Соколовский? Признавайся, где он? – вопли девиц преследовали её, пока она не запрыгнула в машину и не нажала на газ, стремительно удаляясь от этих… сумасшедших.
– Ладно… я сейчас съезжу в ресторан, пообедаю и… – решила Соня, доехав до знакомого ресторана.
– Признавайся, где Филипп! – заверещали со всех сторон, и Калязинову посетило осознание того, что она столкнулась с проблемой… реальной такой стихийной проблемищей, которая не очень-то послушается даже толпу наикрутейших адвокатов.
Стихия она на то и есть, чтобы никого не слушаться!
Высоко в серо-зимнем московском небе лениво парила хищная птица, безошибочно выследившая визгливую и неумную девицу, принесшую столько бед другим людям.
– Да что ты говоришь? – Хантеров с интересом выслушивал доклады Котикова, который, уже не скрывая собственных эмоций, докладывал о перемещении Софьи.
– Её гоняют как… как… крысу по сараю. Из угла в угол! Последним углом был салон красоты. Стоило только ей туда доехать, как нарисовалось три девчонки, которые заорали на всю улицу: «Что ты сделала с нашим Филиппом?»
– Изумительно! – отреагировал Хантеров с видом, который и принёс ему когда-то прозвище «Великий Инквизитор».
А закончив разговор с Котиковым, призадумался:
– И почему мне кажется, что этот Соколовский, во-первых, почти всё время врал, когда со мной разговаривал, а во-вторых, сам эту облаву на Сонечку и устроил? Ну, вот прямо-таки навязчивое ощущение… Но, как бы это ни было, нам это только на пользу – девице-красавице крайне полезно оказаться поближе к реальному миру, пусть и не совсем реальным способом – кого ещё так учит жизни знаменитый актёр? Интересно, где он сейчас?
Ветер мягко перебирал перья на крыльях «полудикого сокола», легко кружившего над Москвой. По большому счёту до птицы никому и дела не было – мало ли кто летает над головами у москвичей, замороченных жизнью в огромном городе. Даже протяжный соколиный крик не заставил людей, слышавших его, отвлечься от их повседневных дел. Разве что один из них поднял голову.
– Странно… последнее время мне везде этот сокол мерещится… и к чему бы это? – подумал Хак, решительно откинув подальше крамольную мысль о том, что Филипп Иванович послал птицу за ним следить. – В отпуск съездить что ли… а то, что-то не в ту сторону думается! Вот возьму Машку и поеду куда-нибудь! – решил Хак. – Надо только убедиться, что Сонечка хотя бы какое-то время не вывернется из проблем.
***
Че всегда был котом упорным – натура такая, и вот сейчас это качество пригодилось ему чрезвычайно!
Если не придираться, то чумазым крошечного белоснежного котёнка назвать было сложно, правда, это по человеческой логике.
У Че логика была абсолютно иная – котовая, а значит, живущая по котозаконам.
– С ума сойти, какой он, оказывается, удивительный! – Дашка млела над этой изумительно забавной картиной. – Надо же… чужого котёнка вылизывает, да ещё переворачивает так по-деловому с бока на бок, прижимает лапой, чтобы не сбежала не полностью причёсанная.
– Че вообще мечта! – уверенно кивнула Милана. – Ты бы видела, как он Андрея умывает по утрам! Кота страшно возмущает небритость… так что, если он успевает добраться до Андрея до того, как тот проснулся и рванул бриться, то пытается бороться с этим возмутительным явлением своими силами – вылизыванием физиономии и выкусыванием всего, что выросло без высочайшего которазрешения!
Даша рассмеялась, представив, как Че точно так же придерживает лапой упирающегося хозяина и приводит в порядок его внешность.
Милана покосилась на подругу и не выдержала:
– Ну и как он тебе вблизи?
Надо отдать Даше должное – она не стала делать вид, что не поняла, о ком речь.
– Классный! – выдохнула она. – Правда, я не очень поняла, как быть дальше?
