Это была высшая милость с его стороны. «Экспериментировать» было практически невозможно. Что вырастет в таком темном углу? Летом тут нет солнца, а зимой наверняка огромные сугробы. Но у меня не хватило смелости объяснить ему это и попросить позволить найти более подходящее место. Дизайн экстерьера Денис заказывал в какой-то фирме, кажется, выписывал ландшафтника из-за границы, поэтому трогать что-то было запрещено. Тем более такой «неумехе». Тем не менее даже на крошечном клочке земли я придумала что сделать: я устроила альпийскую горку, украсив ее растениями, которые не нуждались в большом количестве солнца и не боялись заморозков. Тогда, чтобы купить все необходимое, я ездила в садовые гипермаркеты в сопровождении охранника. Он же постоянно был рядом, пока я бесполезно тратила время, как выражался Денис, в своем маленьком саду.
Сейчас, пока я возделывала почву для первых посадок возле дома Степана, воспоминания нахлынули на меня с новой силой. Дернув плечом, я попыталась сосредоточиться на работе и не думать о том, что было.
Как быстро все-таки человек привыкает к хорошему. Прошло чуть больше полугода после моего освобождения из темницы, а мне казалось, что та жизнь лишь кошмарный сон, от которого я наконец пробудилась.
Время шло, а я все никак не могла принять решения. Прокрастинировала. Откладывала. Думала: «Еще месяцок, еще недельку, еще денек».
Я понимала, что чем дольше я буду откладывать, тем сложнее мне будет решиться.
– Хватит, Тая, хватит тянуть, – шептала я себе. – Степан же рядом. Он не оставит тебя.
Охотничий сезон начнется только в конце августа. Я знала, что у Степана уже все было распланировано, потому что прошедшей зимой охоты как таковой не было. Степан жил не только на доходы от своей небольшой охотничьей компании, но и на те деньги, что когда-то заработал в горячих точках. Конечно, он не был богат, и еще один сезон без клиентов, щедро платящих за охоту, особенно на крупного зверя, наверняка скажется на его бюджете. А потому… А потому не стоит ему сидеть возле меня, как он делал это зимой. Нужно принять решение, нужно освободиться от прошлого раз и навсегда.
Я поднялась с корточек, сняла рабочие перчатки, решительно направилась к дому.
Степан сидел на террасе, проверяя охотничьи ружья и другую экипировку. Леся с двумя щенятами возилась неподалеку. В помете было четыре щенка. Двух сразу же отдали: мальчика забрали Авдеич с Лидой, потому что их старый пес издох, а девочку – охотники из Усть-Манской. Оставшихся двух щенков, тоже разнополых, мы со Степаном решили оставить, да и Леся, кажется, не хотела с ними расставаться.
– Дед когда-то держал по шесть-семь лаек, – сказал Степан, – и нам не помешает.
Заприметив меня, он поднял голову.
– Давай сделаем это, – сказала я.
Не нужно было объяснять, что именно я хотела сделать. Мы оба знали: пришла пора раз и навсегда избавиться от Дениса, который незримой тенью нависал над нашими жизнями.
– Я позвоню Рамилю, – кивнул Степан, поднимаясь. – Посмотрим, что он предложит.
Рамиль прилетел к нам через восемь дней, выкроив время в плотном графике. Видимо, на Королева он точил не зуб, а зубище. Прилетел не один, а с адвокатом.
Тае я признался честно, что в прошлый раз, когда разговаривал с Рамилем, то рассказал ему не только о ее побеге от мужа, но и о том, почему она сбежала. Не утаил и убийство охранника, свидетелем которого стала Тая.
После приветствий и предложенного Таей кофе сразу перешли к делу.
– Мы с Василием Сергеевичем одним днем, – объяснил Рамиль. – Завтра мне обязательно нужно быть в Москве.
Адвокат, сухощавый, представительного вида мужчина лет шестидесяти пяти, в дорогом костюме, кивнул в подтверждение слов своего босса.
– Таисия… Как вас по отчеству? – обратился он к Тае.
– Пожалуйста, никаких Таисий, просто Тая, – попросила она.
В ее голосе слышалось отвращение и явный акцент на ее полном имени. Василий Сергеевич акцент этот уловил и снова кивнул. Я знал, что Тая ненавидела, когда ее называли Таисией, потому что ее муж всегда звал ее так и только так, считая, что имя Тая больше подходит собачонке. Скотина! Когда я думал об этом недоноске, у меня чесались руки, хотелось встретиться с ним лицом к лицу и навалять. Не просто навалять, а придушить.
– Итак, Тая, – сказал Василий Сергеевич, – Рамиль Ахматович ввел меня в курс дела… В общих чертах. Я бы хотел понять, чего именно хотите вы?
– Я хочу восстановить свои документы, по которым я вот уже какой месяц мертва, – сбивчиво начала Тая. – И, конечно, я хочу развода.
– Это все? – Адвокат смотрел на нее пристально, практически не моргая.
– Ну да… А что еще? – она непонимающе перевела взгляд с него на меня.
– Тая, вы с мужем заключали брачный контракт? – уточнил Василий Сергеевич.
– Нет, – помотала она головой.
– Вы уверены? Может, запамятовали? – мягко напирал он. – Вспомните, может, перед вступлением в брак Денис Королев предложил вам подписать что-то?
