– Ничего, мелочи. Еще полчаса и мы на месте. Тропа лучше, чем я думал. Но ручей не был предусмотрен, это тоже правда.
Иван обозревал бескрайние холмы, на горизонте принимающие серый цвет.
– Клим, вчера я нашел брошенный дом у подножья, там откуда мы выходили, чей он?
Клим хмыкнул в крышку с чаем.
– Время не теряете.
Он выплеснул остатки чая на землю.
– …Был у нас начальник лесного хозяйства лет десять назад, Павлов. По его несчастливой фамилии дом теперь и называется. Дом Павлова. Как в Сталинграде, знаете? Он не местный был человек, его прислали с Урала. Мордатый такой дядька, крупный. И жена такая же. Жадноватые они были, но о таких либо ничего, либо … Очень он любил охоту, у него несколько ружей было хороших, итальянских, он хотел их опробовать на медведе. Однажды взял лучшее ружьишко, Бенелли и ушел на охоту, в конце августа, как сейчас. Ружье правда нашли, случайно, металл на солнце играл. А Павлов как в воду канул.
– Как же так… – Иван поневоле вспомнил поломанные стены дома и синий, словно взорванный изнутри вагончик.
– Да, десять лет почти прошло, ни одного лоскута с него, ни одного следа не нашли. Далеко он зашёл, километров на тридцать от села. Дом его родственники пытались продать, но кому он нужен с такой историей, бросили. Раньше в дом пацаны лазили, а потом один мужик со второго этажа навернулся, поломал ноги и теперь туда никто не ходит. Видели надпись на сарае?
– Видел.
– Кто то сказку придумал, что это Павлов написал, чтобы люди его дома не касались, надеется его достроить.
– Я на его собственность не претендую – Иван криво усмехнулся.
Клим закинул рюкзак.
– Сейчас спустимся по склону и следующий холм наш, там на правом склоне, который покруче и расположена наша пещерка.
Они легко пошли вниз, склон был безлесый, спустились почти бегом и тут же начали новый подъем. Холм, в отличие от предыдущего зарастал лесом, пять минут они шли теплым предбанником, сквозь деревья показалось небо и они вдруг вышли на большую поляну, которая заканчивалась обрывом.
– Мы на месте, поздравляю! – Клим отошёл в сторону.
Справа, метрах в пятидесяти, Иван увидел чёрное ротовое отверстие пещеры в каменистой стене холма, который поднимался ещё выше метров на двадцать. Вход в пещеру был похож на кривую букву О, выглядел он жутковато – словно гора раскрыв рот, немо вопила в небо.
– Я первый, вы за мной, только берегите голову.
Клим, нагнувшись, залез в пещеру, следом, держась за кепку, Иван. Внутри было относительно светло, дневной свет поступал внутрь из второго отверстия, которое выходило прямо на вертикальный обрыв. Оно было в рост человека, около двух метров, неправильной четырехугольной формы, в его черной рамке была видна зеленая гряда, по которой бежали серые тени облаков и внизу, метрах в пятнадцати ниже – кроны верхушек деревьев. Свет из отверстия едва доставал до противоположной стены, которая несколько криво заканчивала внутренний космос пешеры метрах в пятнадцати от обрыва. Клим поставил рюкзак на пень, который вульгарно стоял в центре пещеры и играл роль стола и подошёл к обрыву.
– Аккуратнее, Иван, здесь мокрыми штанами не отделаетесь – он глянул вниз.
Иван, задрав голову, ходил по пещере, нигде даже близко не задевая верхний свод. Бутылки конечно убрали, но он нашел остатки ограничительной ленты и гранёный стакан с высохшими паучками внутри.
– Здесь можно фотографировать?
– Пожалуйста, но без меня. Не люблю оставлять следы в чужих альбомах.
Большое отверстие видимо хотели когда то обезопасить, из земли торчали сломанные прутья решетки. Иван подошёл к краю, Клим отложил нож в сторону – высота достаточная, чтобы сломать шею. Вот тут стоял Назаров с обрезом, спиной к лесу, лицом к убитому минуту назад Простых. Хотел наверное упасть вниз, уйти от того, что наделал, но не рассчитал. Что было у него в голове, чего он боялся? Иван отошёл от края и облокотился о боковой свод, глядя на дно обрыва.
– Как вам пещера?
– Красиво. Даже лучше, чем я ожидал. Очень жутко и очень по домашнему. И название очень точное. Лучше места для встреч не придумаешь.
– Её могут закрыть, говорят здесь опасно.
– Может это из за истории с Простых и Назаровым
– Вы ешьте, ешьте, я на двоих всего взял – Клим спокойно открывал ножом тушёнку.
Иван вытащил из рюкзака свой сырой узел, положил рядом.
– Вы тоже угощайтесь, Клим. Сыр, хлеб, яблоки.
– О, спасибо!.. Нет, я так не думаю – продолжил Клим – вы я вижу в курсе того, что тут произошло. Если закрыть пещеру по этому поводу, начнут рождаться легенды и туристы сюда повалят толпой. Запретный плод. Знаете, в каждой стране есть истории о разделенных влюбленных, слезы которых наполняют очередное озеро. Как под копирку, в любом месте одно и то же. Что нибудь подобное придумают и тут.
– Я кстати, знал Назарова, о нем красивую легенду не сложишь – Он тот ещё герой, но при этом, кстати, человек вполне здравомыслящий, практик.
Иван налил чай и подул в крышку.
– И он не был ни сумасшедшим ни пьяницей.
Клим молча ел, поглядывая на Ивана.