– Ее сила и страх. Мой страх. Нервничаю что то. Кажется, что она прямо там, за лесом нависает надо мной – тяжёлая, как ядро. Медвежья гора, над ней стоит красная луна и весь Млечный путь. И ещё я начал сомневаться, Клим, может оказаться, что это мне не по силам. Честное слово, кажется придем, постою я полчаса столбом и поверну назад. Мне кажется, я слишком…Клим…
Клим храпел, лёжа на спине в своем старом спальнике. Спал Алтай, поминутно вздрагивая и поскуливая во сне. Иван лежал на боку и слышал ночные звуки, треск затухающих углей и шорох ветра в листве. Крайняя усталость перешла в тревожную бессонницу, он вдруг увидел в небе далёкую вспышку и через минуту донёсся далёкий, бархатный рокот грома. Над верхушками деревьев он увидел темный конус. Это наверняка была она, Медвежья гора, причудливая и непостижимая, он явственно видел ее контур, который расплывался в далёких вспышках молнии. Он вылез из спальника и смотрел в небо, пока не понял, что этот конус – излом облака. Он залез в спальник, погладил пса, который зарычал во сне и закрыл глаза.
06 : 18
Утром, когда Клима поднялся, оказалось, что у него лопнул сосуд левого глаза и весь белок был залит кровью.
– Голова болит, черт, всегда одно и тоже – он массировал шею и затылок.
Иван осмотрел его и покачал головой
– Глаз видит?
– Нормально. Таблетки при мне. Но голова, как колокол. Зверь не убежал?
– Где то рядом бегает.
Иван начал собирать вещи, тщательно сворачивая спальники, не торопясь, чувствуя, что непонятное волнение уже подступает от живота к горлу. Руки немного подрагивали. Он вдруг представил бегущую к нему собаку с высунутым, влажным языком и поджатыми ушами и ему стало нехорошо. Нет, ему стало плохо. Он замер на какое то время, успокаиваясь и пытаясь взять себя в руки, глубоко вздохнул и сунул спальник в рюкзак.
– Как самочувствие перед экзаменом? – голос Клима немного хрипел.
– Как перед экзаменом, страшно и ещё такое чувство… скорее бы всё закончилось, что ли.
– Я тебе так скажу, лучше бы тебе идти на голодный желудок, как на сдачу крови. Воды или чаю попей и пойдем. А там, у Медвежьей горы я тебе все объясню, что и как.
Иван чувствовал, как все эти приготовления и советы, вся эта утренняя сырость и сборы взвинчивают его нервы – скорее бы выйти. В желудке от волнения было кисло. Он свистнул пса. Сзади раздался шорох и появился безмолвный Алтай. Черные кроны шумели вверху под утренним ветром, Иван вдруг подумал, что они здесь совсем одни.
– Иди, жри мою порцию, начальник отменил завтрак.
Алтай есть не стал, тревожно поскуливая, идти куда то ему не хотелось. Клим набил рюкзак и сверкая красным глазом, подошёл к Ивану.
– Холодно что то. Ты готов? Пора.
Они пошли. Трава была мокрая, как будто дождь вчера достиг их поляны, солнце ещё не было видно и небо затягивала серая пелена. Черные стволы перемежались вспышками серого неба, казалось они идут к гигантскому зеркалу, бросающими на них белые, тревожные отсветы. Иван уже знал, что гора совсем рядом и даже всегда подтянутый Клим шел молча и медленно.
– Нам надо обойти эту лохматую горку по правой стороне, поверху спуститься немного по склону и мы будем у цели. Оттуда полкилометра до Медвежьей горы, она как раз за ней. Замёрз я что то.
Через пятнадцать минут они вышли на безлесый косогор и стали спускаться вниз, к горбатому холму. Внизу лежало небольшое озеро, совершенно прозрачное. Клим зачерпнул кружкой воду, когда он пил, зубы слегка стучали о кружку. Он попрыгал, чтобы согреться или же унять нервную дрожь и даже замычал от досады.
– Голова, всегда одно и тоже!…
Было видно, что ему нехорошо, но Иван помалкивал, ему было не намного лучше. Небо заволакивало, но воздух казался излишне резким, каждое дерево на склоне холма к которому они подходили, виделось преувеличенно четко и выпукло. Ветер пах пряной травой и прелью. Внезапно Ивану показалось, что горы чуть двинулись в сторону, все сразу, это было тошнотворно, он закрыл глаза. Он открыл их, со страхом предполагая , что в мире уже царит хаос, но нет, все было по прежнему, только Клим ушел далеко вперёд. Он был едва различим, Ивана прошиб пот и он побежал вниз по склону. Сколько он он стоял вот так, закрыв глаза?! Алтай, заливаясь лаем, бежал ему навстречу. Он не мог видеть это…
Клим обернулся и спросил его безучастно
– Ты раздумал идти? Может лучше пойти обратно…
Иван смотрел и не узнавал его. Одна половина его лица была неподвижна, словно маска. Кровавый глаз смотрел куда то мимо него.
– Нет, я иду, я просто перешнуровывал ботинок. Пойдем, Клим.
Клим вдруг издал странный горловой звук и его стошнило прямо перед собой. Он упал на колени, рюкзак едва не опрокинул его и оперевшись руками о землю он неподвижно застыл на минуту. Иван не мог вымолвить ни слова от неожиданности.
– Аааааа… Неплохо… – откашлялся, хрипя Клим – неплохо…