Медвежий камень полностью

Я смотрю листы и натыкаюсь на графу «вывоз мусора». Так я и не поняла, почему вдруг я уперлась взглядом именно на нее. Но там, в этой графе, было написано «разбор завалов» и стояла совершенно несусветная цифра – четыре миллиона. И тут же память услужливо вытащила на поверхность, казалось бы, ненужную и почти забытую информацию. Я вспомнила, как писала неделю назад историческую справку на Спасский монастырь. И специально смотрела последние фотографии, чтобы вспомнить и поточнее сформулировать расположение отдельных зданий. Там не было никакого мусора . Храм практически полностью восстановлен, а братский корпус уже возведен почти под крышу. Я, конечно, не совсем уверена, что полностью понимаю все эти работы, но…

– А вы поторопитесь.

Я поднимаю глаза на мужчину. Мне не понравился его тон. Совсем не понравился.

– Извините, но я должна сначала посмотреть, что я подписываю, разобраться, понять…

– А вы не вникайте .

Мороз, острой дрожью пробежавший по моему позвоночнику, застрял где-то в затылке и теперь оттуда медленно распространялся во все стороны. Я чувствую, как немеет сначала шея, и мне уже не повернуть головы, не поднять глаза на говорившего…

– Делайте, что вам говорят, и все.

Вот и плечи, скованные леденящим холодом, уже отказываются повиноваться.

– Не задумывайтесь. Подписывайте.

Звонил, наверное, не он. Мне кажется, что его голос я бы узнала. Впрочем, те несколько фраз, что говорились по телефону, – этого ведь очень мало, особенно когда голос без ярко выраженных индивидуальных особенностей. А у него голос как раз без ярко выраженных. Но теперь это и не важно – он звонил, не он… Это все равно. Теперь понятно, по какому поводу звонили. Я украдкой, мимолетно взглянула на итоговую цифру – в глазах зарябило от количества нулей. Конечно, за такие деньги можно повоевать.

– Да, меньше знаешь – лучше спишь, – каким-то чудом выдавливаю я из себя банальную чушь. – Сколько, вы говорите, здесь экземпляров?

– Восемь, как и положено.

И в это время звонит телефон. Я медленно беру трубку, заледеневшие руки все-таки отказываются повиноваться.

– Алло.

– Ксения, привет, как дела? – это муж.

– Да, Зинаида Геннадьевна, я вас слушаю. – Я не знаю, что на меня нашло. Самое главное, что я не уверена, что динамик в трубке тих настолько, что сидящий рядом человек не сможет разобрать, разговариваю я с мужчиной или с женщиной, я надеюсь просто на удачу и только сильнее прижимаю трубку к уху.

– Ксюш, ты сейчас со мной разговариваешь? – муж явно шутит.

– Конечно, Зинаида Геннадьевна, конечно. – Я говорю спокойно, вернее – медленно, но это исключительно потому, что язык у меня тоже заледенел от страха. Господи, что дальше-то?

– Ксения, у тебя все в порядке? – кажется, муж встревожен.

– Да, почти, – отвечаю я, и тут меня осеняет: – Конечно, могу, диктуйте адреса.

Я хватаю лист бумаги и виновато пожимаю плечами. Извините, мол, Артем Сергеевич, одну минуту. Он покладисто кивает: ничего, мол, ничего, я подожду.

– Ксения, какие адреса? – вдруг муж замолкает буквально на доли секунды, но я чувствую эту паузу, чувствую, что, кажется, он понял. – Тебе нужно выиграть время?

– Конечно! Я пишу, – говорю я, – диктуйте.

– Советская, 52, Лесная, 47… – начинает скороговоркой говорить муж.

Я записываю несколько адресов, потом перебиваю его:

– Записала. Значит, сделать копии этих паспортов и отнести в приемную. Нет? Председателю? Прямо в кабинет? Хорошо. Зинаида Геннадьевна, а это срочно?

– Конечно, срочно, – отвечает муж, – Ксения, когда мне тебе позвонить?

– Нет, конечно, я сама принесу.

– Понял, я жду твоего звонка.

Я кладу трубку и виновато смотрю на Максимова.

– Извините, Артем Сергеевич, я должна сделать срочно несколько копий паспортов и отнести их председателю комитета.

Он молча и немного подозрительно смотрит на меня.

– Давайте так, – говорю я заинтересованно и живо. – Вы оставляйте документы и приезжайте через… ну, где-то часа через полтора. Я как приду, сразу начну подписывать, а вы подойдете…

– Нет, – перебивает он меня, – я лучше вас подожду. Кстати, а далеко комитет от вас? Может, вас подвезти туда, чтобы побыстрее? Я на машине.

– Нет, комитет через дорогу, это недолго.

– А может, все-таки сначала подпишете? – спрашивает мужчина. – А потом будете спокойно делать свои копии, уж наверняка ваш председатель не знает, сколько это копирование у вас займет времени. Задержитесь на полчаса – он и не заметит.

– Так печать все равно ведь в бухгалтерии, – развожу я руками даже как будто сочувственно, – а Зинаида Геннадьевна там же, в комитете, и пока я копии не принесу…

– Я понял, – он перебивает меня резко. – Хорошо. Я приеду через час.

– Оставляйте бумаги, я, может, и раньше справлюсь и начну подписывать, – приветливо и даже услужливо говорю я.

– Да нет, не стоит, – как-то нерешительно замялся он, подумал секунду и добавил: – Несколько минут роли не сыграют, а я пока еще там посмотрю кое-что.

– Ну ладно, – соглашаюсь я.