— А какое должно было случиться?! — весело спрашиваю я. — Полное уничтожение всего, так?! Или что ты хотел доказать тем, что вмонтировал в своего атлета атомный заряд, который позволит ему работать тысячелетиями на одной батарее, а?! Нетленность трупана?! Или ты таким образом хотел оставить потомкам прошлого музейный экспонат в хорошем качестве?! Или что?! Ведь все прекрасно знают, что использовать можно только то и только так, чтобы уничтожать гнилушников противника, а не, сука, частную собственность и не подвергать опасности зрителей!
Я вызвал охрану, ещё пока бежал сюда, и в этот самый момент служба безопасности является на место.
Как же мне хотелось расколошматить голову этому идиоту. Взять за волосы и с разворота, со всей дуру, что есть в моем организме, шваркнуть об стену лицом, но уже поздно. В принципе, удар я сделал, и даже его достаточно, чтобы засудить меня… но это того стоит! Я рад тому, что ударил со всей силы и заставил этого ублюдка проблеваться!
— Уведите его и сдайте правоохранительным до выяснения обстоятельств. Думаю, в следующий раз мы встретимся в суде, где будем выяснять, сколько с него взыскать и каким образом, — говорю я и морщусь от омерзения. — Эх ты, Аликбек, а ведь я так хотел, чтобы ты стал частью семьи, что из года в год если не участвует в шоу, то хотя бы пытается пройти отборочные, на чем тоже зарабатывает неплохие бабки, — выдыхаю я, разворачиваюсь и иду прочь из холодильника. Я понимаю, что мне предстоит обратиться к зрителям и рассказать им о повторившемся уникальном случае проведения финальной битвы.
— Джимми! Джимми, ты меня слышишь? — обращаюсь я к оператору, на сохранность которого надеюсь, вспоминая самоотверженную работу и ту запись, которую можно оценить как бесценную, потому что он заснял взрыв и все его последствия.
— Да, мистер Мэйсон, я вас слышу. Не без помех, но думаю, что это нормально, учитывая, что здесь произошло, — говорит он, и я напрягаюсь, услышав о помехах.
— Отлично, — отвечаю я ему. — Смотри, сейчас будет финал. В финале будет дерби.
— Да ладно?! Повторение исторического случае?! Оставшиеся бойцы друг против друга?! Кто останется в состоянии двигаться, тот и победил, да?! — Джимми орет в свое связное устройство, даже не подозревая об этом. Делаю выходной сигнал тише, прекрасно понимая, что оператор, скорее всего, неплохо так оглушен, с учетом того, насколько сильно жахнуло взрывом.
— Да. Так. Так что тебе чертовки везет, парень! Очень и очень сильно везет! — с улыбкой на лице отвечаю я ему, после чего возвращаюсь в реальность с мыслью: «Он меня слышит через помехи… вот же дерьмо… Ну да ладно, постараемся придать этому шарм».
— Да-а-амы и господа-а-а! У нас сегодня крайне редкий случай! Тот, который случался дважды за всю историю проведения боев гнилушников! В финал вышло всего три участника, и поскольку было бы совершенно несправедливо выпустить одного целенького против второго битого, мы устраиваем де-э-эрби! Каждый сам за себя! Кто из бойцов останется целым или подвижным, тот и победит! Номер два автоматически отправляется на следующую церемонию открытия, которая пройдет через год! Номер три… С номером три можно делать все, что не запрещается! Хоть отрывать части и использовать их в качестве биты! — смеюсь я, а толпа заливается восторженным ором. — Заранее прошу прощения за нарушения или ухудшение качества сигнала. Это связано с поломками на линии, но мои инженеры делают все, что в их силах, чтобы восстановить не только качество видео, но и качество звука, которое пострадало куда больше из-за звуковой агрессии взрыва!
Я стараюсь обогнуть все острые углы, которые только есть в данный момент, чтобы сделать трансляцию особенной и доказать людям историческую ценность этого момента.
— А также, уважаемые зрители! Прошу вас запомнить этот день! Запомнить и подчеркнуть как лучший с момента начала этих битв, боев, столкновений! — смеюсь настолько заразительно, насколько только могу, и толпа, наблюдающая за боем, взрывается радостными криками. — Вы только представьте, что случилось! Взрыв! И все целы! А еще вы смогли похулиганить! Повыбивали все окна, что здесь были, потому что за потрескавшимися стеклами ничего не видно, а так пусть и холодно, зато невероятный вид и есть возможность зашвырнуть в ненавистного вами труповода чем-нибудь… но лучше этого не делать! Запомните, между выступающим на арене и нами — всего одна секунда реальности! — я смеюсь, а вот зрителям не смешно. — Ладно, первый вышедший победителем участник — Бабуленька и её Внучок, что сделал из дамочки машину для уничтожения себе подобных, эксгумированных нашими некромантами, родственников и не очень близких, проданных своими близкими, людей!
Дверь холодоса поднимается, и оттуда появляется Бабуленька, которую, старательно делая вид сопереживания и помощи, под ручку выводит парень с прической от лба до того места, которые англичане используют в качестве ругательства «мудак», коим этот парень и является.
