Начало боя настолько стремительное, что Джимми, который крутится рядом с гнилушниками, с трудом успевает унести ноги, чтобы случайно не остаться без них, потому что Довакин, под управлением Скайрима, сразу начинает круговую атаку, которая заключается в тупом размахивании топором вокруг собственной оси. За счет огромных габаритов и оружия, и трупанетки вращение получается быстрым, легким и смертоносным, которое еще и продвигает Довакина, пускай медленно, но в направлении противников.
Одновременно с викингом в бой вступает Бабуленька, которая быстро и ловко увеличивает дистанцию, отходя как можно дальше от обезумевшей громадины, что вращается и потихоньку смещается в сторону своих противников. А вот Некрос со своим Трупаном стоит на месте. Точнее, он вообще ничего не делает. Не предпринимает даже малейшей попытки уйти с линии поражения топором. Я, конечно же, комментирую каждую, даже самую маленькую деталь, при этом выхватывая бесценные кадры, что снимает Джимми, который настолько же прекрасно выполняет свою работу, насколько сильно бесит меня своей рожей и насколько много уважения вызвал у меня когда-то первой же своей фразой.
— Пока что я не могу понять, что происходит! — восторженно произношу я, и мой голос с легким эффектом эха доносится для зрителей и телезрителей. — Мне это нравится, потому что дарует не просто интригу, а веру в нечто прекрасное! Но что может быть прекрасней того взрыва, причиной которого стал Батыр нашего Аликбека?! Или может ли быть что-то прекрасней той церемонии открытия, которую нам подарили Большой папочка и его Доченька, а?! — пытаюсь подогреть зрителей своими, в целом, бессмысленными и никому не нужными вопросами, которые на самом деле фокусируют внимание на происходящем даже лучше, если бы я сказал: «А ну-ка, давайте в игру подбей трупана пивной бутылкой!»
В это время Бабуленька активирует свою адскую пилу и под музыку, в осатаневшем танце, направляется в гущу событий. Движется она в несколько десятков раз быстрее Довакина, и выглядит это так, словно они каким-то образом успели договориться о том, что сначала надо вывести из битвы главного и непредсказуемого психопата, а потом уже решать, кто станет победителем, а кто номером вторым.
— Вы посмотрите что они делают! Вы только обратите внимание! Мне кажется что Внучок, что Скайрим просто боятся Некроса и его Трупана, в связи с чем хотят как можно скорее избавиться от опасного конкурента, после чего сразиться более-менее наравне. Сверхтяжелый против сверхлегкого! Но это только предположение, потому что Некроса и его трупанетку стоит опасаться! — подначиваю я, в связи с чем получаю две волны: негодования и поддержки одновременно. — Всего несколько мгновений до столкновения! Всего несколько сантиметров — и свершится! — кричу я в микрофон, с нетерпением ожидая, каким образом развернутся дальнейшие события, и остаюсь довольным!
Тело эксгумированной и уже бесчисленное раз переделанной молодой девушки, сейчас обшитой кусками мяса, начинает двигаться с невероятной скоростью, с легкостью обходя сразу два направленных удара: горизонтального от Довакина, что, вращаясь вокруг собственной оси, правит топором, и рубящего вертикального в исполнении мертвой старушки со смертоносным боезапасом и огромным количеством разнообразных приспособлений для аннигиляции противника. Трупан Некроса с такой легкостью уклоняется, что никто сначала даже понять не может причины произошедшего: почему Бабуленька летит, прочерчивая из центра арены радиус, причем с такой скоростью, которую с трудом улавливает глаз. Приходится врубить замедленный повтор, чтобы пронаблюдать стремительный полет престарелой любительницы котиков, которая оставила все свое наследство пушистым, показав труповоду, насколько ей насрать на него как на родственника, как на близкого, как на того, кто так надеялся на бабки, ушедшие котейке.
— Ух ты ж, ешки-макарёшки! — цензуратор заменяет сказанное мной «ебаный пиздец!» — Вы это видели?! А слышали этот звук, с которым улетела Бабуленька?! — еще раз запускаю повтор и через помехи демонстрирую полет замечательной престарелой птицы с тростью в виде странной, причудливой бензопилы, которая и придает её полету интересный звук, напоминающий жужжание шмеля.
Меж тем Трупан просто стоит и словно внимательно наблюдает за дальнейшими действиями оппонентов. За тем, как Довакин опускает свой топор, останавливая вращение. За тем, как Бабуленька пытается выбраться из стены, в которую её вбило, словно дюбель.
