— Похабщину — это у Паске не заржавеет. А нож — подарок его товарища по каторге, Рошфора, мы его оставили в Нагасаки, помните? У ножа ещё диковинное название, кажется «ках-рам-бит»… Вот, значит, и пригодился!
— Может, и ках-рам-бит. — не стал спорить Кривошеин. — Что до Паске, то он сейчас валяется спиной вверх и, на чём свет стоит, костерит Цэрэна. Тот, видите ли, вскрыл ему волдыри этим самым ножом и налепил на пострадавшие места компресс из каких-то местных травок, которые сам же и набрал на опушке. Поистине, наш бритоголовый друг — кладезь разнообразных талантов!
— Господин Ильинский! С «Витязя» запрашивают указания, что отвечать?
От домика, где обосновался штаб «оккупационной армии», к ним бежал Москвин. Одной рукой он придерживал палаш, другая висела на платке, накинутом на шею. За мичманом торопился унтер-сигнальщик с флажками под мышкой.
— И то верно. — спохватился Николай. Он бросил взгляд на квадратный циферблат воздухоплавательских «Картье». Их точная механика верой и правдой служила ему все эти годы, пережив и азиатские странствия, и лютую стужу горных плато Тибета и даже купание в подземном тоннеле. — Что-то мы загулялись, господа, а время-то не ждёт!
— Кстати, мсье Юбер, а где О'Фланниган? Что-то я давно его не видел…
Канадец ответил не сразу — отвернулся и принялся перебирать бумаги в замызганной картонной папке.
— На «Витязе», где ж ему быть? Наверное, отправился с первой партией, со своими знакомыми техниками.
Николаю вдруг показалось, что его собеседник старательно отводит глаза.
— Ладно, в конце концов, это не наша забота. Давайте-ка вернёмся к нашим баранам. Что вы там говорили, Алексей?
Кривошеин отобрал у Юбера папку.
— Здесь список узлов и деталей шагоходов, хранящихся на складе. Мы собирались переправить их в Солейвиль, но я хотел бы погрузить некоторое количество на «Витязь», для отправки в Россию.
— Зачем вам этот железный хлам, Алексис? — удивился Груссе. — От него никакого проку без псевдомускулов, а их на Земле не достать.
—
Николаю и самому хотелось покопаться в записях Моро, а ещё лучше — изучить их вместе с Саразеном. Но, пожалуй, Кривошеин прав, в России он будет сохраннее. Будет лучше, хотя бы, в плане безопасности. А он сможет присоединиться к исследователям после возвращения.
— Не возражаю. Мичман, сколько времени потребуется на погрузку?
— Если выделите шагоход — до вечера управимся. Скажу Зауглову, пусть сообщат на «Витязь» чтобы готовы были принимать.
На заднем дворе сборочного цеха нашлась грузовая платформа на трёх парах железных колёс. На ней доставляли тяжёлые грузы, причём в качестве тягловой силы использовали троллей, а порой и шагоходы.
— Ладно, с этим разобрались. Теперь главное: Алексей, что с установкой?
— Теперь, когда у нас есть «яйцо-ключ», особых проблем быть не должно. Паровик и динамо в порядке, мы их дважды запускали, на пробу. Апертьёр, правда, не включали — только прогрели и произвели настройку.
— Отлично. — Николай кивнул. — Тогда, действуем, как договорились. Открываем апертуру, и если всё будет в порядке — начинаем перетаскивать грузы.
— А если апертура откроется не в Солейвиль, а куда-нибудь в его окрестности? Полной уверенности в настройках у меня нет, делал наспех…
— Тогда отправим на ту сторону Паске на его шагоходе, и пусть отправляется на разведку. Найдёт Солейвиль — отлично, просим Саразена подправить настройки, чтобы перебрасывать грузы прямо в город. Если нет — устроим временную перевалочную базу и всё равно переправляем ящики. Пусть сами думают, как их потом кантовать. В конце концов, наше дело — доставить ларец со «слезами асуров», а остальное так, довесок. Ну что, замечания есть?
— Только одно. Паске с мсье Юбером отправляются на ту сторону, ну и ты, Николаша, с ними. Помнится, ты хотел посмотреть на Солейвиль? Вот и посмотришь, а заодно обнимешь свою Николь, заждалась ведь девка… А я останусь — отправлю вас, выключу апертьёр, разберу и прослежу, чтобы его аккуратно, ничего не попортив, перенесли на корвет. Потом взорву к чертям всё остальное — и тоже на «Витязь».
— Как останешься? — опешил Николай. — Но ты же…
— А вот так. Неизвестно, когда Саразен построит новый апертьёр и построит ли вообще. А вдруг со «слезами асуров» что-то окажется не так? Мне приходилось чинить апертьёр, конструкция в общих чертах знакома — соберу и налажу в лучшем виде! А если ещё и оставишь мне «ключ-яйцо» — обещаю, самое большее, через полгода мы установим с вами связь, так что надолго прощаться не придётся. Вам-то оно больше не понадобится?
— Да хоть бы и понадобилось — у Саразена наверняка есть ещё. Но я не про то: ты уверен, что хочешь остаться?
