Почти из всех окон дома струился яркий свет, мягко ложась на снег и разгоняя тьму ночи. Бал был в самом разгаре. Одетые в вечерние наряды дамы, кавалеры в элегантных костюмах, прислуга в торжественных ливреях — все носили маски. Золотые и серебряные, белые и черные, цветные или однотонные, с витиеватыми узорами или украшенные перьями, блестящие перламутром или капельками алмазных камушков, прикрывающие все лицо или же лишь его часть. Играл живой оркестр, лилась прекрасная музыка, пары кружились в танце, звенели бокалы, слышался гомон возбужденных голосов и смех. На первом этаже особняка, предназначенного для проведения торжеств подобного рада, собралось около сотни гостей. Масштабы, богатство и размах маскарада поражали. Такого шика я не видела никогда.
Стоило нам переступить порог дома, как возле нас мгновенно появился слуга и предложил на выбор маски. Я выбрала черную маску на пол-лица, украшенную переплетающимся узором дикого винограда. Тонкая искусная кисть мастера создала шедевр, который приятно было носить. Азарий выбрал себе домино, захватывающее большую часть лица, целительницы яркие маски в том нарядов. Кристина — с пушистым пером, Анита — украшенную камнями. Илья взял первую попавшуюся, закрывающую лицо по диагонали, а Алдар — темно-красную с черным узором. В хищной прорези маски алым огнем полыхнули змеиные глаза, и губы вампира растянулись в обворожительной улыбке. Маска ему удивительно шла и он выглядел невероятно красивым. От вампира исходила волна магнетизма, от которой захватывало дух.
На мгновение мне стало приятно, что Элиш уделяет мне знаки внимания, давно перешедшие за рамки дружеских. И от этой опасной мысли ощутимо кольнуло сердце и стало стыдно. Я вспомнила Шэйна. Хотя и продолжала злиться на этого бессовестного скрытника — он единственный, кого я люблю.
— Прошу вас, чувствуйте себя свободно и наслаждайтесь вечером, — дружелюбно сказал Алдар, широким жестом указывая на зал. — Отдыхайте, веселитесь. Ваша помощь понадобится нескоро.
— А вы? — кокетливо спросила Кристина, как бы невзначай касаясь его руки.
— А я весь ваш и скоро к вам присоединюсь, — томно пропел он, целуя девушке руку и издевательски смотря на трепещущую на ее шейке вену.
Бедняжка этого даже не заметила.
Сир что-то шепнул на ухо слуге и скрылся в толпе. Илья, поражая спокойствием и самообладанием, двинулся вдоль зала, заметив кого-то знакомого. Кристина и Анита, снова демонстративно нас игнорирующие, пошли в сторону столиков с напитками, по дороге с удовольствием ловя на себе восхищенные взгляды мужчин.
Одни мы с Азарием остались не пристроенные.
— Ты хоть что-нибудь понимаешь? — с тоской спросил инженер, глядя на проходящего мимо слугу, несущего поднос с шампанским.
— Не больше тебя, — мрачно подытожила я. — Подождем, что будет дальше.
— А знаешь, что!.. — неожиданно оживился друг. — Давай потанцуем? Когда еще такая возможность представится…
— Давай, — легко согласилась я.
А гори оно все синим пламенем! Надо жить и радоваться каждой минуте, пока есть такая возможность. Поворчать я всегда успею.
Атмосфера праздника закружила в танце масок с первых аккордов музыки, унося печали, проблемы, скованность и грусть. Остались только безудержный азарт, желание веселиться и наслаждаться танцем.
Есть какая-то особенная магия в маскараде. Воздух насыщен тонкой игрой чувств, красноречивых взглядов, обольстительных улыбок, завуалированных двусмысленных намеков, чувственных прикосновений, загадочным блеском глаз… Лицо, спрятанное под маской, дает некое подобие свободы, ощущение невидимых крыльев за спиной и горьковатый привкус вседозволенности.
Танцевать с Азарием было очень легко и приятно. Он уверенно вел в танце, помогая избежать ошибок в движениях и просто получать удовольствие. После трех танцев подряд я слабовольно сдалась, решив отдохнуть и отдышаться. Друг с присущим ему талантом практически сразу оказался в обществе рыжеволосой красавицы в яркой маске в форме бабочки.
Вежливо отказавшись от предложения высокого мужчины в маске домино от очередного танца, я отошла к стене и притаилась возле окна.
— Не желает ли леди подарить мне танец? — раздался рядом знакомый голос и из-за колонны вышел Шэйн.
Сердце сладко сжалось и забилось сильнее.
Он был одет в черный фрак, белоснежную рубашку и белую маску на пол-лица с выгравированными на ней незнакомыми черными иероглифами. Губы парня растянулись в теплой улыбке, на которую отозвались две ямочки.
— Я не танцую с незнакомцами, — наигранно холодно ответила я, делая вид, что не узнала его.
— Ах, вот оно как! — хищно протянул Шэйн, останавливаясь рядом и прислонившись плечом к колонне. — Стоило нарисоваться на горизонте этому вампиру, так меня уже не узнают.
— А нечего оставлять мне такие странные записки, — вошла я в раж. — Если бы не твое письмо, я бы и шагу с ним из дома не сделала. Ты где был?!
Он ловко увернулся от моего тычка и оказался с другой стороны.
— Я всегда рядом с тобой, даже если ты меня не видишь.
В его голосе прозвучал и упрек за недоверие, и извинение за свой поступок, и просьба верить.
