— Не всех, но знаете. Даже и не спрашивайте, кто они, – он вытянул перед собой руки, – всё равно не скажу. Тут дело слишком щекотливое, вы все знаете, что среди нас есть люди, которые очень хорошо покуролесили в той жизни. Но тут все живут с чистого листа. Бондарев, конечно, в курсе ситуации, но он тоже придерживается такого мнения, не изгонять и не делать какой-то кары тем, кто вот так отомстил. У каждого из нас есть тот, кому вы хотите отомстить и, думаю, не ошибусь, если скажу, что вы с удовольствием бы его грохнули, – тут Туман посмотрел на меня.
— Ага, Саня у нас уже отомстил одному, — хихикнул Крот.
— Ну, типа того, – посмотрев сначала на меня, а потом на Крота, сказал Туман, – так что всё, баста, забыли.
— Я бы так парочку бы …- задумчиво побарабанил пальцами по столу Иван.
— Ваня, ну ты-то куда! — с укоризной произнёс Туман, – хватит уже нам смертей. Нам нужно развиваться, а не сводить старые счёты. В Руви и Кижене тоже таких несколько случаев были, это мне ребята оттуда сказали.
— Так, всё, – я хлопнул руками по столу – хватит о грустном, давайте дальше, что там у нас?
9 декабря. Таус.
— Я! – выпалил по-военному Иван.
Все тут же заулыбались.
— Песчаный карьер – два человека! – тут же добавил Крот.
Тут мы заржали.
— Ну чё у тебя-то? – спросил я.
— У меня вообще всё зашибись, – ответил здоровяк, – аэродромы строятся полным ходом, рабочие есть, деньги есть, пара месяцев – и всё будет готово. Ты бы приехал хоть, посмотрел, – кивнул он в мою сторону, да вертушку себе выбрал.
— Обязательно, я просто выпал из реальности с этими переговорами.
— Знаем-знаем, – закивал Иван, – Блюр, мясо, консервы в мир Белазов.
— Сколько вертушек и самолётов-то перетащили? – не выдержав, спросил я.
Этот вопрос меня интересовал больше всего, да, думаю, не меня одного.
— Сицов, походу, очень богатый человек, – продолжил Иван, – раз он купил такое количество вертолётов и самолётов, и различного оборудования. И всё это, заметьте, за свой счёт.
— Извини, Вань, что перебиваю, – взял слово Колун, – но он действительно очень богатый человек по меркам Земли. Мои узнавали – денег куры не клюют, и на счетах есть, и в дело вложены, он же, как никак, производит лекарства. Плюс, он что-то начал продавать, и на эти деньги покупает что нам нужно. Видимо, он действительно на старости лет понял, что на тот свет с собой всё это не заберёт, и таким образом покупает себе билет в наш мир.
— Дороговатый билет получается, – хмыкнул я.
— Ну, это его выбор.
Итак, парни, – Иван улыбнулся, – что мы имеем на сегодняшний день.
Все аж подобрались после этих его слов.
— Первое – у нас полностью есть всё оборудование, чтобы запустить полноценный аэродром. Полноценный, я имею в виду, это – он начал загибать пальцы, каждый из которых был похож на большую сигару – радиотехнические и светотехнические средства для взлётной полосы и вертолётных площадок. Если попроще, то система цветных посадочных огней, курсовые и глиссадные маяки, дальние и ближние приводные маяки, радары, рации, да всего много. Даже кое-что из метеорологического оборудования есть. Кое-что из этого пустим на другие аэродромы.
— Сколько же Сицов за это отвалил? – ахнул Крот.
— Ты знаешь, всё это, как ни странно, стоит недорого, – спокойно ответил Иван, – всё же в Америке на заводах покупалось, паковалось в ящики и везлось на склад. Как правило, на их заводских складах всё это есть, только бабки плати, это в России нужно заказывать, ждать пока произведут, потом привезут, потом таможня, а там всё быстро. Он, по нашей заявке, за три дня всё что нужно купил, ну, или кто там у него этим занимался, в течение двух суток всё привезли на склады, ну а там мы уже открыли ворота, и всё к нам, в норку, – Иван улыбнулся.
— Неплохо, – хмыкнул я, – персонал-то набрали?
— Частично. Кинули клич по городам в нашем мире. Пока у нас есть двадцать семь пилотов вертолётов, и девятнадцать – на самолёты, но всех нужно проверять и, скорее всего, переучивать. А то один на этом летал, второй – на том, третий – вторым пилотом или штурманом, четвёртый – на тренажере пару сотен часов налёта и с десяток вживую, это, вообще, ни о чём. Истинных спецов, кто летал именно на тех моделях, которые есть у нас, мало, соответственно, их всех нужно будет переучивать, а это тоже время.
— Ваня, извини, – поднял руку Георгич, – а, чтобы человек считался профи пилотом на том же вертолёте, сколько у него должно быть часов налёта?
— Полторы тысячи, минимум.
— Фигасе! – снова выдохнули мы вместе.
— А вы как хотели? Вы же, когда машину водить учитесь, тоже какое-то время проходит, чтобы вы уверенно себя за рулём почувствовали и несли ответственность за себя, за пассажиров и за окружающих. Опыт, штука такая, не сразу приходит. А тут в воздух вертолёт или самолёт поднять, доставить груз или пассажиров, знать, как пользоваться различными приборами, ориентироваться в пространстве, и так далее. Про взлёт-посадку вообще молчу.
С десяток секунд он помолчал и продолжил.
