– Это получилось само собой. Вспомни, водопроводчиком меня назвала ты. Я просто не отказался.
– Но нормальный человек не стал бы называть себя тем, кем не является! – Софи и сама слышала, как неубедительно звучат ее слова. – Это непорядочно!
– Вот если бы я, будучи водопроводчиком, заявил, что знаменитость, вот это было бы непорядочно! – опроверг ее слова Вайдел и пошутил: – И вообще, чем ты недовольна? Краны же я тебе починил? Починил! Значит, статусу водопроводчика я вполне соответствую!
Софи усмехнулась. Опять он ее смешит! Но она смеяться не будет! Подозрения, высказанные братом, стали еще явственнее. Но в другом контексте. Не может быть, чтобы она, такая непритязательная, могла всерьез заинтересовать Леона Вайдела!
– Так твое признание в любви и предложение о замужестве всего лишь проверка собственной привлекательности! В принципе, на моем месте могла быть любая другая девчонка! – она смотрела на него расширившимися от ужаса глазами. – Как это подло!
– Это не так! – возразил он, подошел к ней и поднял, чтоб обнять.
Но она выставила вперед острый локоть, не давая заключить себя в объятия.
– Может, поговорим спокойно? – Вайдел сдерживался из последних сил. Он не представлял, что простой разговор может выжать из него все соки.
– О чем нам говорить? Ты выяснил, что хорош сам по себе, без славы и денег, я тебе больше не нужна, и не прикидывайся! Розыгрыш закончен, фенита ля комедия! Уйди и забудь меня навсегда! – эти слова прозвучали как цитата из плохой трагедии, но Софи этого не заметила. Для нее это все было слишком серьезно.
Вайдел отпустил ее.
– Ты в самом деле именно этого хочешь? – удивленно заглянул в ее глаза, не понимая, как она может так говорить. Решил перевести все в шутку: – Если я уйду, ты тут же пожалеешь! Учти, со мной ты перестала быть занудой. Ты научилась смеяться. А с кем еще ты сможешь так смеяться?
У нее задрожали руки от боли и обиды. Как он может так говорить? Она ждет хотя бы извинения, а у него на уме одна только потеха!
И тут у нее в голове что-то щелкнуло, и сложилась четкая и очень неприятная картинка:
– А ведь это твой бентли стоял во дворе, когда я ляпнула Нику, что меня не интересуют мелкие знаменитости! Ты это наверняка слышал! – и она замерла в ожидании его реакции.
Вайдел растерялся. Что делать? Подтверждать или отрицать?
Его молчание сказало ей все.
– Ты мне просто отомстить решил! И поэтому сделал все, чтоб я в тебя влюбилась!
Он начал неубедительно оправдываться:
– Я ни за что тебе не мстил, это же просто глупо! Мне хотелось узнать, стою ли я в твоих глазах хоть что-нибудь сам, без регалий! На набережной я говорил тебе правду: я и в самом деле в тебя влюбился…
Но продолжать она ему не дала. Подошла к двери, распахнула ее и скомандовала:
– Уходи!
Он остановился перед ней, скрестил руки на груди и попытался воззвать к ее разуму:
– Софи, давай поговорим серьезно! Я понимаю, ты обижена, но попробуй меня понять…
Она прервала его, не желая слушать:
– Нам с тобой говорить не о чем! Уходи!
Он упрямо наклонил голову, не двигаясь с места.
– А если я попрошу тебя выйти за меня замуж уже как Леон Вайдел, что ты мне ответишь?
В ее груди болезненно полыхнуло сожаление. Если бы она не знала, что он только развлекается!
– Я скажу одно: ты жалкий фигляр! – и она пальцем указала ему на выход.
Обидевшись, Вайдел повернулся и вышел.
Для Софи потянулись мрачные дни. На душе было тоскливо. Ничто не нравилось, тоска заедала. Может, она поспешила, так категорично отказав Вайделу? Может быть, надо было действовать как-то иначе? Но как? Он откровенно развлекался, и не надо думать иначе. Это ж надо, проверять, будет ли она любить его в образе простого водопроводчика! Вайдел просто безнравственный тип, играющий чужими чувствами!
Горло сдавило сожаление. Как она скучала по Алексу! Но веселый и озорной Алекс был только ролью беспринципного Вайдела. И влюбилась она в фантом, в выдумку. Как в ее жизни все нескладно получается!
К родителям она старалась не приезжать, отговариваясь занятостью. Джессика откровенно торжествовала, а мать негодовала.
– У тебя был шанс нормально устроиться в жизни! – заявила она после того, как Софи неосмотрительно рассказала, что Алекс и на самом деле Вайдел, и что она сама отвергла его предложение. – И что? Такой бестолковой особы, как ты, больше не сыскать, как ни ищи! Пока он прикидывался простым работягой, он тебе нравился, а когда выяснилось, что он знаменитость, что он богат, он тебе вдруг стал не нужен! Ты сама-то соображаешь, что делаешь?
Узнав об этом, Джессика от души смеялась.
– Ты идеалистка, моя дорогая! С милым рай и в шалаше? А если у него не шалаш, а дворец, то он не соответствует твоим высоким интеллектуальным запросам? Ты всегда была не от мира сего, вот и получила по заслугам! И не кисни, сама виновата!
Она бы добавила много чего неприятного, но неожиданно вмешался отец и велел им эту травлю прекратить.
– Единственный человек в нашей семье, кого я уважаю, это Софи. Ну, еще немного Мэтт. Остальные не стоят ни уважения, ни доверия.
