— Потому что я сама очень долго не могла поверить. Потом я боялась, что услышу что-то типа «Ты хочешь сгубить мою карьеру? Я вообще не готов ко всему этому!», а еще больше я боялась их потерять… — я закрыла руками лицо, но Марк сразу же мягко отнял их и тихо заговорил:
— Ну, спасибо, что считала меня моральным уродом, — поняв, что его слова не очень мне помогли, он снова привлек меня к себе, — С ними ничего не случится, слышишь?! Нас двое, и мы их уже безумно любим. — Услышав эти слова, меня затопило волной тепла и благодарности к этому невероятно чуткому и сильному мужчине, в объятиях которого я сейчас стояла. — Мы найдем самую лучшую клинику, самых высококвалифицированных врачей, все будет хорошо.
— Я уже нашла классного врача, и не променяю ее ни за что!
— Где? — он с интересом взглянул на меня.
— Здесь, в нашей больнице, мы встречаемся с ней в четверг.
— Сегодня какой день недели?
— Понедельник.
— А нельзя перенести прием? Я хочу пойти с тобой.
— Давай попробуем…
Я нехотя высвободилась из его объятий, и нашла в контактах номер врача. Уже через пару гудков она взяла трубку:
— Привет, Аня, все хорошо?
— Да, док, все вроде бы в норме. Послушайте, нельзя ли перенести нашу запись на завтра или среду?
— Сейчас посмотрю. — Я услышала, как она начала листать свою записную книжку. — А можно поинтересоваться причиной?
— Марка… То есть моего… — я замялась, не зная, как его представить, — Нашего… папу отпустили домой на три дня, и он хочет тоже поприсутствовать, — я скрестила пальцы, чтобы нашлось свободное окошко.
— В смысле отец детей сейчас в городе? Аня, так это же просто удача, я жду Вас завтра в 8.00. Приготовьтесь, мы возьмем сразу все необходимые анализы у вас обоих. — И она отсоединилась.
Марк не сводил с меня глаз:
— Ну? Что? Да или нет?
— Она ждет нас завтра в 8.00.
Я надел тренировочные вещи и вышел на пробежку, зная, что если я не буду соблюдать режим, то очень жестоко об этом пожалею, когда вернусь. Морозный воздух сразу же прочистил мне мозги.
Я бежал и думал том, что полгода назад я повстречал Аню, и она полностью изменила мою жизнь. Она не просто помогла мне справиться со своими внутренними противоречиями, она уже тогда подарила мне смысл. Аня всегда была невероятно чуткой и радушной хозяйкой, добрым и надежным другом, страстной и чувственной любовницей, и теперь она будет нежной и ласковой мамой МОИХ детей.
Уже открывая калитку и взглянув на террасу, я увидел, что Аня стоит на стремянке. Я влетел стрелой в дом, отчего она вздрогнула:
— Господи, Марк, ты меня напугал!
Я подошел к ней и бережно снял ее с лестницы:
— Аня, ты, что совсем с ума сошла! А если у тебя закружится голова? А если ты оступишься?!
— Марк, не дури. Для беременных жизнь не останавливается. Мы продолжаем работать, выполнять домашние дела, водить машину. Тем более срок еще небольшой, и я пока не превратилась в неповоротливого бегемота.
— Я сейчас быстро схожу в душ и сделаю здесь все что тебе нужно, только пообещай, что ты больше не полезешь сама на лестницу.
— Ну хорошо, пойду тогда жарить стейки!
Она сверкнула на меня своими черными глазами и направилась на кухню. Я быстро поднялся, и уже через пять минут сбегал свежим после душа, надевая толстовку на ходу. Кухня была наполнена ароматом специй и жаренного мяса, у меня сразу же заурчало в животе.
— Я решила, что хороший стейк принесет тебе не столько вреда, сколько пользы, — сказала Аня, нарезая салат.
— Это точно! — Я сел за стол и стал за ней наблюдать. Она была все такой же энергичной и веселой. И лишь когда она оборачивалась, можно было заметить, как ее фигура начала красиво округляться.
Через несколько минут стол уже был накрыт, и мы принялись за стейки.
— Аня, какой у тебя срок?
— 15 неделя.
— А сколько всего недель длится беременность?
— Ну, нормальная 39–40.
— Что значит нормальная?
— Это когда у женщины беременность не отягощена никакими диагнозами и протекает, как положено, — Аня заметила, как я уже собрался задать следующий вопрос, — Слушай, нам завтра все доступно с тобой расскажут врачи, поэтому давай сегодняшний вечер проведем как нормальная семья, и просто порадуемся вместе.
«Семья»
— Да, ты права. — Мои губы растянулись в счастливой улыбке, и я снова взялся с аппетитом за еду. — Послушай, а ты кому-нибудь уже сообщила?
— Мне пришлось тут же рассказать родителям, потому что мы занимались с папой ремонтом, и он бы крайне удивился, видя, что я не поднимаю ничего тяжелее молотка.
— Я тоже хочу рассказать родителям. — Я заметил, что тень сомнения набежала на лицо Ани. — Что-то не так?
— Марк, давай завтра посетим врача, а уже потом, если все будет в порядке, ты им расскажешь, хорошо?
— Да, хорошо, — согласился я и заметил, что ее мучает что-то еще, — Аня?
Она отложила вилку и посмотрела мне в глаза:
— Марк, я очень не хочу, чтобы ты рассказывал об этом кому-то помимо семьи. Только родителям и Софи, обещаешь?
— А кому еще мне рассказывать?
— Ну не знаю, никаких намеков коллегам, двусмысленных записей в социальных сетях…
— Аня, поверь мне, я, как никто другой знаю, что счастье любит тишину…
