На следующее утро Никита проснулся рано, умылся, позавтракал и долгое время не знал, чем себя занять. Время тянулось медленно, и, чтобы хоть как-то его скоротать, Никита заглянул в один из шкафов, нашел там книжку про пчеловодство и, начав ее читать, узнал, что, помимо меда, пчелы дают еще много полезных продуктов, таких как прополис, воск и пчелиный яд. Когда Никита перевернул десятую страницу, с улицы донесся возглас:
– Сосед! Ты дома? Это я, Глафира Ничипоренко… соседка твоя. Мне сказали, что выписали тебя. Тебе молочка козьего не надо? Вкусное молочко… парное.
Никита вздрогнул. Началось. Помня о том, что соседи не должны ничего знать про подлог, Никита открыл окно. У калитки стояла грудастая баба лет тридцати в стеганой фуфайке и с крынкой в руке. Никита что-то невнятно пробормотал и замахал рукой, тем временем второй прикрывая рот.
– О, как тебя перемотали-то всего, прям не узнать.
«Так мне то и нужно», – подумал Никита. Баба тем временем не уходила.
– Так чего? Не нужно молока?
Никита яростно помотал головой.
– Ну, как знаешь! – Женщина замешкалась, потом спросила: – А меда дашь? А то у меня кончился, а Сенька мой засопливил.
Никита помотал головой и снова замахал руками.
– Ты чего это? Все ж берут, а ты что?
Никита снова замахал руками и захлопнул окошко, продолжая наблюдать за незваной гостьей через щель в занавеске. Женщина какое-то время постояла, потом резко повернулась и, что-то бормоча себе под нос, двинулась в сторону соседнего дома. Никита перевел дух. Соседка не узнала, вот и славно, разозлилась, но не узнала. Никита плюхнулся в постель и проверил рукой пистолет, холодная сталь еще больше придала уверенности в себе.
Так, что же дальше?
Зубков строго-настрого запретил Никите покидать дом. Никита поначалу возражал.
– Как же мы ее поймаем? Если я все время буду в хате сидеть? Или вы думаете, что наша подозреваемая явится на порог щукинского дома и скажет: «Здрасьте, я убивать вас пришла».
Тем не менее Зубков был неумолим.
– Твоя задача сделать так, чтобы все вокруг думали, что Щукин вернулся домой. Чтобы ни одна живая душа не догадалась, что мы вместо предполагаемой жертвы подсунули своего сотрудника. Тебя будут прикрывать наши ребята – как только Ткачева явится, если она явится, то они ее и сцапают. Так что сиди в доме, время от времени прогуливайся по двору, но за калитку ни шагу.
Никите пришлось согласиться, но в душе у него кипело. Очень уж хотелось самому выловить эту гадину, хотя возможность схлопотать пулю его сильно пугала. Накануне ему повезло. Тогда Стасик стрелял в Щукина, сейчас же, если их план удастся, сбежавшая Анна Ткачева будет стрелять в него.
Глашка вошла в дом, ее гостья сидела за столом и читала книгу. Только что так беспечно говорившая с переодетым Никитой, которого она приняла за Щукина без всяких проблем, сейчас Глашка дрожала. Двустволка, которая наводила на Глашку ужас, лежала на столе, молодая гостья небрежно взяла ружье и отодвинула книгу в сторону.
– Ну?
– От молока отказался, меду не дал, только рукой махнул, мол, чтобы я убиралась. Ума не приложу, как его заманить. Говорю же, дикий он совсем, а теперь, после стрельбы этой, и вовсе от людей шарахается. Даже разговаривать со мной не стал. – Глашка сглотнула. – Степка мой… Он в спальне?
Анна усмехнулась.
– Где ж ему быть?
– Можно к нему?
– Почему же нет? Сходи.
Глашка вошла в спальню, Степка сидел на полу и играл в солдатиков.
– Откуда это у тебя?
– Тетя Аня дала. Она сказала, что если я буду себя хорошо вести и слушаться, то она мне этих солдатиков подарит. Здорово, правда? Смотри, это пулеметчик, а это матрос с гранатой.
Когда Глашка вернулась в комнату, Анна стояла у окна, держа ружье в руках.
– Чей это дом? – спросила Анна, указав на дом, стоящий напротив.
– Сонькин! Сонька Приходько там живет…
– Еще одна хохлушка! Небось подружка твоя?
Глашка замялась.
– Как бы да.
– С кем эта Сонька живет? Муж у нее имеется?
Глашка помотала головой.
– Вдовая она, как и я. Живет с двумя дочерьми.
– Очень хорошо!
– Что хорошо?
– Что с дочерьми, значит, шуму будет много, все их спасать побегут.
Глашка почувствовала холодок в груди.
– От кого спасать?
– От пожара! Собака у твоей Соньки есть?
Глашку всю трясло, она стала понимать, к чему клонит ее молодая мучительница.
– Собака есть.
– Собака тебя знает? Знает! По глазам вижу, а значит, брехать не станет, когда ты их хату поджигать будешь…
– Да ты в своем уме? – Кулаки Глашки сжались, она подалась вперед и шагнула к Анне, та, точно этого и ждала, прыгнула навстречу и ударила Глашку прикладом двустволки в грудь. Женщина согнулась пополам и только сейчас увидела вошедшего в комнату сына. Увидев, как мать опустилась на пол, Степка заплакал. Анна недолго думая подскочила к мальчонке, схватила его за шиворот и втолкнула в спальню.
– Я же тебе сказала, чтобы ты слушался! Зачем вышел из спальни? Сиди там, пока тебя не позовут!
