Мелодия во мне полностью

К пятнице я почувствовала, что действительно смогла по-настоящему расслабиться несколько раз и мой возбужденный мозг почти перестал метаться в поисках обратной связи. Лив прописала мне какое-то снотворное, которое, по ее словам, должно помочь снять это внутреннее напряжение. И действительно, четыре ночи я спала как убитая. Утром даже не могла вспомнить, что мне снилось ночью. Словом, впервые за все то время, что минуло после авиакатастрофы, я отдохнула и выспалась как следует. Я даже не выказала ни капли раздражения, когда мама прислала мне экспресс-почтой коврик для занятий йогой и ее домашние приготовления – блюда, не содержащие глютена. И с Самантой тоже поболтала почти весело. Та после некоторых колебаний поделилась своей последней новостью: они все сейчас заняты подготовкой вечеринки в честь одной из наших общих подруг, которая вот-вот станет мамой. В тот момент я даже выбросила из головы невеселую мысль о том, что случилось со мной, но тут приходит очередная СМС от Питера, и в голове пулей проносится имя. Джинджер! К счастью, проносится и тут же улетучивается. К Дню труда, то есть к первому понедельнику сентября, исполняется ровно месяц, как я вернулась домой. Сама удивляюсь порой, как же внешне легко я приспособилась к этой новой жизни. Отбросила все в сторону и просто живу, как живется. Хотя такое существование – это ведь тоже своего рода выбор, попытка расцветить палитру жизни новыми красками.

Лив и врачи из Маунт-Синая, старейшего медицинского центра Нью-Йорка, под наблюдением которых я состою после своего возвращения домой, дают мне зеленый свет на занятие сексом.

– С точки зрения физиологии, – говорит мне доктор Хевитт, возглавляющая команду специалистов, которые меня наблюдают, – вы абсолютно здоровы. – Беседует со мной таким тоном, будто она детский врач, а я – ребенок, только что перенесший сильный насморк. – Поэтому, если вы захотите вступить в интимную связь со своим мужем, то это гарантированно не нанесет вам никакого вреда.

– С точки зрения психологии, – напутствует меня Лив во вторник уже перед тем, как распрощаться и уйти, – секс – это очень важный шаг. Особенно если вы нацелены на восстановление своих прежних отношений с мужем. Но только при одном условии. Если вы сами почувствуете, что хотите этого. Торопиться не надо.

Итак, вечер… Впереди у нас длинные выходные, с учетом праздничного дня в понедельник. Питер приходит с работы домой, ставит возле двери в прихожей свою сумку, целует меня на ходу и устремляется на кухню, к холодильнику. Наверняка для того, чтобы открыть бутылку с пивом. Он уже успел рассказать мне, что в прошлом году День труда мы отмечали в компании Хэмптонов. Это постоянные клиенты нашей галереи. Они и в этом году с радостью пригласили бы нас в свой загородный дом. Но к сожалению, в этом году все не так, как годом ранее. Мы с Питером увязли в своих семейных проблемах, да и я еще не вполне готова к перемене мест, даже если под «местом» подразумевается шикарный загородный особняк с шестью спальнями и потрясающим видом на Атлантический океан. Питер вроде бы тоже не возражает, что мы примкнем к тем немногим горожанам, которые предпочитают коротать все три праздничных дня дома, не покидая Нью-Йорка. Он даже пытается составить некое подобие плана, чем мы будем заниматься все эти дни. Три дня вынужденного совместного времяпрепровождения! Веселенькая перспектива, ничего не скажешь. В своем роде самое настоящее приключение.

– А что, если нам прослушать старые диски с нашими любимыми записями? Организовать такой сборный концерт, что ли, – предложил он мне вчера. – Выключим свет и устроим у себя в гостиной настоящее лазерное шоу в стиле Pink Floyd.

Я встретила идею без особого энтузиазма, но по достоинству оценила старания мужа.

– Иди сюда! – зову я мужа. – Устраивайся рядом со мной на кушетке!