— А чего расстраиваться, ведь завтра после заката продолжим! — бодро заявил кот, схватив со стола чарку. — Ну и наплясался я сегодня, суметь бы завтра с лежаночки встать, косточки-то хрупкие, отвыкли от веселья! Ик! — громко икнул кот. — Пардон, дамы! — Кузьма картинно отвесил поклон, и чуть не шлёпнулся.
— Так, хвостатому больше ликёра не давать! — хрипло каркнул ворон, сидевший на изголовье трона Яги. — Точно завтра встать не сможет!
— Глупости! — фыркнул кот. — Я непо, непоко, непокоБелим я! Ик!
Таня уткнулась в плечо Яги и хохотала.
Кот едва держался на ногах, размахивая пушистым хвостом.
— Русалки наши, они прям с ума меня сведут! Пойду в хоровод! — сказал кот, и плюхнулся мимо стула.
— Та-а-ак… — едва сдерживая хохот протянула Яга. — Пушистого домой, срочно, да от печки подальше, чтобы не разморило окончательно. Кто отвезёт?
— Я могу. — вызвалась Татьяна. — Доставлю котика в целости и сохранности. Я и сама уже устала, едва стою.
— Я быстро домчу! — подпрыгнул серый. — Можно, Аглая?
— Ну, коль так… — Яга хитро глянула на Татьяну. — Отвези Серенький моих ненаглядных домой, пусть отдыхают, и мы в скорости прибудем.
— Спасибо, бабуля! — шепнула Татьяна и обняла Ягу. — Я в жизни так не веселилась, пир удался на славу!
Кощей удивлённо посмотрел на Таню и перевёл недоумённый взгляд на Ягу.
— А как же рассвет? Всего десять минут осталось до первых лучей солнышка, неужто не дашь внучке увидеть такую красоту?
— Ой-ёй… Я ведь совсем забыла! Хочешь посмотреть, Танечка? Такого ты точно ещё не видела!
Таня на секунду задумалась. Кощей пристально смотрел на неё.
— Конечно останусь! Раз дед… То есть Кощей говорит, значит останусь!
— Тогда, пора! — довольно пробасил Кощей и подал Яге руку. — Все к озеру, рассвет близок!
Таня взяла кота, который тут же обмяк в её руках, что-то тихо мурлыкая себе под нос. Горыныч и Серый шли рядом с ней охраняя.
Лес затих, центр поляны опустел. Лесной народ взявшись за руки медленно двигался к озеру. Вдруг, на хрустальную гладь озера набежали волны, от берега отчалила лодочка вся увитая цветами, в центре которой гордо стоял Водяной. Лодочка неслась стремительно, и вот она уже на середине озера. Водяной поднял руку в прощальном жесте, с берега в озеро, одна за другой нырнули русалки. В воздух взвились тысячи разноцветных брызг, поднятые русалочьими хвостами.
Над водой, разливаясь нежными переливами полилась мелодия, сначала совсем тихо, едва слышно, будто хор тоненьких девичьих голосов пел там, за горизонтом. Мелодия нарастала, став ещё громче, и над краем озера появилось бледное свечение, сменилось нежно розовым, налилось пурпурным, и блеснули первые золотые лучи пробудившегося солнца. Небо окрасилось в бирюзовые тона, знаменуя начало нового дня.
Зрелище было настолько прекрасным, что все лесные жители любовались им затаив дыхание. Горыныч всхлипнул и приобнял Татьяну, Серый прижался к ней тёплым боком с другой стороны. Кощей снял с себя плащ и накрыл им плечи Яги, слегка приобняв, она склонила голову ему на плечо.
Солнце показалось над водной гладью, озарив всех своим сиянием. Водяной, оказавшись в лучах солнца, принял свой прежний облик и нырнул в воду. Сказочные создания, один за другим, как только их касались первые лучи, принимали своё прежнее обличие.
— Пора… — шепнул ей на ухо Серый. — Я отвезу вас домой.
— До встречи! — всхлипнул Горыныч, и прижав Татьяну к сердцу, посадил её на спину Серого. — Неси её бережно, как пушиночку. — строго наставлял он волка.
— За это можешь не переживать. — ответил Серый и рванул с места.
Татьяна только зажмуриться успела, как ветер засвистел в ушах. Одной рукой держа спящего кота, другой она обняла волка за шею. Ей показалось, что прошло всего несколько минут, как волк остановился перед крыльцом избушки.
— Приехали! — довольно пробасил он.
— Ох, ничего себе! — восхитилась Таня. — Так быстро, Серенький, какой ты молодец! Спасибо тебе большое!
Таня соскользнула со спины волка и поцеловала его в нос, тот аж сел от неожиданности. На крыльце, уперев руки в бока, стоял домовой и смотрел на Татьяну.
— Напился? — строго спросил он, указывая на повисшего в Таниных руках кота.
— Нализался! — хихикнула она. — Спит.
— Охо-хоюшки… — тяжело вздохнул домовой и спустившись с крыльца, бережно взял на руки безмятежно посапывающего кота.
— Только не к печке! — сказал волк. — Яга распорядилась.
— Знамо дело, положу его у окна, чтобы свежий воздух взбодрил. Танюша, а ты — бегом умываться и спать, я тебе уже кроватку расстелил. Устала небось.
— Устала, Нафанечка, просто с ног валюсь. Хорошо, что Серенький нас домчал.
— Ну, мне пора. — вздохнул волк. — Я после обеда загляну… Можно? — спросил он у Татьяны, просительно заглянув ей в глаза.
— Обязательно приходи! — согласилась она, потрепав на прощание волка за ушком.
Зайдя в свою комнату, Таня без сил повалилась на взбитые заботливой рукой домового перины. Как же сладко лежать в мягких пуховых облаках — тело тут же благодарно мурлыкнуло, разлившаяся нега принесла расслабление и мгновенный глубокий сон.
