Именно в Асторге мой брат, служащий в штабе князя Бертье и посланный с донесениями в Мадрид, был захвачен партизанами. Но я узнал об этом много позже. У меня будет еще случай вернуться к этому событию.
В то время как маршал Сульт преследовал англичан в их бегстве к Ла-Корунье, император в сопровождении маршала Ланна выехал из Асторги со своей гвардией, чтобы вернуться в Вальядолид, а оттуда во Францию. Наполеон провел в этом городе два дня. Он отдал приказ маршалу Ланну взять на себя командование двумя армейскими корпусами, осаждающими Сарагосу, а после взятия этого города присоединиться к нему в Париже. Но перед отъездом император хотел выразить штабу маршала Ланна свое удовлетворение и предложил маршалу представить некоторых офицеров к повышению. Я был включен в этот список на получение звания начальника эскадрона. Я особенно воспрянул духом, когда маршал, выйдя из кабинета императора, подозвал меня. Но меня постигло ужасное разочарование!.. Маршал дружелюбно сказал мне, что на то же звание вместе со мной он счел долгом предложить императору и кандидатуру капитана Дагюзана, своего старого
«Я еще не принял решения, — сказал маршал, — ранение, полученное вами в Агреде, то, как вы повели себя в трудном положении, по праву отдают вам предпочтение. Но Дагюзан стар, и это его последняя кампания. Однако никакие соображения не склонят меня совершить несправедливость. Я отдаю вам право самому указать имя, которое я должен вписать в приказ, который я отдам на подпись императору…» Я был в затруднительном положении и очень огорчен, но ответил, что надо поставить имя Дагюзана… Со слезами на глазах маршал обнял меня, обещая, что после осады Сарагосы я непременно буду произведен в начальники эскадрона. Вечером маршал собрал офицеров, чтобы объявить им о новых назначениях. Гёэнёк получил чин полковника, Сен-Марс — подполковника, Дагюзан — начальника батальона, д’Альбукерке и Ваттвиль стали членами ордена Почетного легиона, де Вири и Лабедуайер — капитанами… я же не получил ничего!
Мы выступили из Вальядолида на следующий день, направились небольшими переходами с лошадьми к Сарагосе, где маршал Ланн принял командование всеми войсками, осаждающими город: 30 тысяч солдат — 5-й корпус Великой армии, прибывшей из Германии под начальством маршала Мортье, бывший корпус маршала Моисея, которого недавно заменил Жюно. Эти части были сформированы недавно, но им больше не нужно было совершать длительные переходы, к тому же они закалились в битве при Туделе и сражались мужественно.
До начала всеобщего восстания, вызванного пленением Фердинанда VII, Сарагоса не была укреплена. Но, узнав о событиях в Байонне и о насилии, которому Наполеон собирался подвергнуть Испанию, чтобы усадить на трон своего брата Жозефа, Сарагоса дала сигнал к сопротивлению. Ее многочисленное население поднялось в едином порыве: монахи, женщины и даже дети взяли оружие. Город окружали огромные монастыри с толстыми крепкими стенами. Их укрепили, установили пушки. В стенах домов устроили амбразуры, улицы забаррикадировали. Стали изготавливать порох, ядра, пули, собрали большие запасы оружия. Все жители записались в армию и выбрали предводителя — графа Палафокса, одного из военачальников, телохранителя и преданного друга Фердинанда VII. Палафокс сопровождал Фердинанда в Байонну, а после ареста этого короля отправился в Арагон.
Император узнал о мятеже и планах обороны Сарагосы летом 1808 года, но, так как у него еще оставались иллюзии, порожденные донесениями Мюрата, он посчитал этот взрыв патриотизма недостойным особого внимания. Он был уверен, что все утихомирится при подходе нескольких французских полков. Впрочем, прежде чем применить силу, он попытался действовать убеждением. Он обратился к князю Пиньятелли, самому знатному сеньору Арагона, находящемуся тогда в Париже, и предложил ему употребить все свое влияние на жителей Арагона, чтобы успокоить волнение. Князь Пиньятелли согласился на эту миротворческую миссию и прибыл в Сарагосу. Население сбежалось к нему, не сомневаясь, что по примеру Палафокса он будет сражаться с французами. Когда князь заговорил о подчинении, угрожающая толпа стала наступать на него, и он бы погиб, если бы Палафокс не вывел его и не спрятал в укромном месте, где тот провел восемь или девять месяцев.
Еще в июне 1808 года французские дивизии генерала Вердье подошли к Сарагосе, укрепления которой еще не были закончены. Сначала хотели быстро атаковать. Но едва наши колонны оказались на улицах города, отовсюду — из окон, с колоколен, с крыш, из подвалов грянули смертоносные выстрелы, которые нанесли войскам такие потери, что им пришлось отступить. Тогда французы окружили город и начали методичную осаду. Возможно, это и принесло бы успех, но отступление короля Жозефа вынудило французскую армию уйти от Сарагосы, бросив часть своей артиллерии.
