И вот здесь, в районе Добеля, нам снова пришлось столкнуться с сильным противником. Бои приняли затяжной характер. Наступать пришлось через болотистую местность. Особенно плохо пришлось танкам. Несколько танков так затянуло в трясину, что никакие тягачи не могли вытащить. Танки засасывало все глубже и глубже. Потом на виду остались одни башни. Во многих опасных местах делали настил из леса. И все это делалось под артиллерийским огнем противника.
Но вот, наконец, кончился лес и болото. Впереди ровная местность. Менее километра до обороны противника. Наступление велось широким фронтом. Немцы открыли очень сильный огонь. Уже несколько танков и самоходок горели. Туговато бы нам пришлось, но нас выручили «Катюши». А потом и авиация наша появилась. И все это дало возможность нашей пехоте добраться до передовой противника. Завязалась рукопашная схватка. Немцы обычно такой схватки не выдерживали. Или же убегали, или сдавались. Но здесь они дрались отчаянно. Покончив с ними, начали развивать наступление дальше. Через несколько сот метров снова такая же линия обороны врага. Опять начались ожесточенные бои, которые длились почти до вечера. Наконец, овладели и этой линией обороны. Здесь остановились. Впереди был лес. На опушке леса, да и в самом лесу, еще была линия обороны. Об этом рассказывали пленные. Пленных здесь захватили немного, а вот убитых было много. Убитых и у нас не меньше было. В наступлении – не в обороне. Без жертв не бывает. Ночью установили, где нужно, артиллерию и минометы. Оборудовали пулеметные гнезда. Всех раненых эвакуировали на разных машинах. Местами немецкая передовая находилась совсем рядом с нашей. Даже перекликаться можно было. Медпункт батальона расположился немного позади, в каменном сарае небольшого хутора. В сарае было много разных перегородок, тоже каменных. Для чего он предназначался, представить трудно. В общем, этот сарай был прочным. Командный пункт батальона тоже находился здесь.
В самой большой роте у ст.лейтенанта Кустова убило санинструктора и ранило обоих санитаров. В роту срочно требовали санинструктора. Кого послать? Я предлагал Юрнаева или Коротуна. Но врач Незамов решить послать Лену Шарову. Но зачем девушку, когда есть мужчины? Трудно спорить с нашим врачом, да и бесполезно. В сумерках Лена ушла в расположение роты.
Дня через два немец начал артподготовку. Стояла сплошная канонада. Тряслась земля. Нечего было и думать, чтобы выскочить из сарая. Снаряды и мины ложились рядом. От взрывов сарай сотрясается. Сверху сыплется земля. Вот один из снарядов или мина угодили в крышу. Пробило не только крышу, но и потолок. Еще, один за другим, несколько снарядов угодили в стену. Полетели обломки кирпичей. А потом уже снаряд за снарядом ударились в стену или в крышу. Всех, кто находился в сарае, гоняло из отсека в отсек. Вот эти множество отсеков и спасали нас. Крыша и стены сарая были уже почти разрушены. Когда немцы прекратили огонь по хутору, а начали стрелять куда-то дальше, нам удалось немного оглядеться. Дом был полностью разрушен и горел. Разные хозяйственные постройки тоже были до основания разрушены и сейчас остатки их догорали в огне. Горело все, что могло гореть. И сарай сильно разрушен. Но толстые стены и разные каменные перегородки спасли людей. Но без жертв не обошлось. В одном из отсеков убило старуху с девочкой. А около дома лежала убитая молодая девушка. Те жители, кто не убежали, погибли в развалинах дома и других построек. В штабе тоже наделало делов. Легко ранило начальника штаба, убило связного. Разбило рацию и убило радиста. Связь с ротами была прервана. На линию убежали связисты. Наконец, связь восстановили. В ротах большие потери. Много раненых. Туда срочно требуют санинструкторов и санитаров. А самое главное – перевязочный материал. Гуранов Михаил был послан в роту Скотникова, Юрнаев и Коротун – в другие роты. Я пошел в роту Кустова, куда была отправлена Лена Шарова. В этой роте тяжело ранило взводного командира, мл.лейтенанта, и еще нескольких солдат. Были и легкораненые. С наступлением темноты раненых начали выносить в сарай. Потом туда же вытаскивали тела погибших в бою.
Вскоре нас из боев вывели. Опять куда-то поехали. Уж очень часто переезжали с места на место. Дня два отдыхали в большом богатом хуторе. Штаб расположился в жилом доме, а солдаты в разных хозяйственных пристройках. Места хватило для всех.
