«Уже не смешно, – думал Тарек, разглядывая пыльные берцы спецназовца, расположившего свои ноги прямо перед лицом иракца. – Плен у иранцев был самым страшным, потом Центр дознания в Израиле и шабаковские выродки, чуть меня не прикончившие за сутки, теперь турки… Что-то неохота на своей шкуре испытывать все их методы дознания. Кабиру придется долго замаливать грехи, если я стану жертвой своего энтузиазма и дружеского к нему расположения».
Тарек поежился, чувствуя, как мороз пробирает по коже. Он прикрыл глаза, стараясь унять волнение и собраться с мыслями.
В дверь кабинета постучали, и Горюнов приподнялся на диване, стоящем под окном. Заглянул Мирон с белой картонной папкой в руках. Как обычно, в костюме-тройке и при бордовом галстуке с массивным узлом, поднимавшимся и опускавшимся синхронно с кадыком Зорова, когда тот говорил.
– Ты чего разлегся? – почему-то шепотом спросил он.
– Заведешь детей, узнаешь, – Петр поднялся и переместился за письменный стол. – Машка всю ночь верещала. Мансур накануне получил опять две двойки, а от меня люлей и тоже ныл весь вечер…
Горюнов умолчал еще о том, что Саша, сама ругавшая сына за неуспеваемость, наэлектризованная из-за хныкавшей дочки, тут же напустилась на Петра, как только он посмел взяться за Мансура всерьез. Петр сказал ей: «Ты не амазонка, а тигрица», – и ушел обиженно курить в ванную. А рано утром Горюнова вызвонил Володин по поручению генерала Александрова и попросил приехать еще до работы.
Евгения Ивановича Петр застал сердитым, в том состоянии, когда в разговоре с ним приходилось быть скромным, сдержанным, строго соблюдать субординацию, а лучше всего молчать и слушать. Но невыспавшийся Горюнов – это худший вариант Горюнова, источающий иронию и яд.
– От Эмре пришло, – с этими словами генерал шлепнул папку перед полковником на стол. – Только сразу тебя предупреждаю: я против.
Петр уже открыл папку и поднял недовольный взгляд на генерала.
– Хорошо бы еще понять, против чего, – пробурчал он. Достал из кармана браслет Зарифы и, пока читал, стал машинально его вертеть в пальцах, раздражая Александрова еще больше. Тот пыхтел, бродил вдоль окна, но пока сдерживался.
– Ну! – заметив, что Горюнов дочитал до конца и уже перечитывает текст заново, поторопил генерал. – Что думаешь обо всем этом?
Петр сжал браслет так, что монетки браслета впились в ладонь. Новость об аресте Тарека выбила его из равновесия еще сильнее. «Галиб отыграется на нем из-за меня, – подумал он, пытаясь вчитаться в написанное, но сосредоточиваясь с трудом. – Как старик выкрутится? Он, конечно, опытный, но Галиб зачастую идет напролом, наплевав на логику и здравый смысл. Так он убил Зарифу руками полицейских в Мардине, игнорируя даже то, что и я мог попасть под пули, а он в таком случае лишился бы курицы, несущей золотые яйца».
– Думаю, что Тарек рисковал ради меня, вернее, ради того дела, которым я сейчас занимаюсь. Судя по намекам Эмре, полковник сунулся к Кану, чтобы мы не теряли времени. Я считаю, что этот Кан уж если не коллега покойного Аббаса из курдской разведки, то сирийский товарищ, коллега.
– Вот это меня и выводит из себя. Тарек угождал тебе, а поставил всю нашу операцию под угрозу срыва. Мы можем потерять агента.
– Такая вероятность существует всегда, – сухо сказал Горюнов, снова испытав досаду за свою судьбу. Ведь Петра много лет готовили к работе, и много лет он успешно действовал, а потом его легко сдали. А за случайно полученного, хоть и ценного агента генерал так сильно переживает.
– Думаешь, Галиб его дожмет?
– Кто знает, что в голове у этого придурка? – нахмурился Петр. – Но и Тарек непрост.
– На это я и надеюсь, – генерал поджал губы и о чем-то задумался. Сел за стол и признал неожиданно. – Как тебя не хватает. Как сейчас все было бы проще. Так что ты думаешь?
– Не зря же Тарек добывал для меня рекомендацию…
– Я категорически против этого внедрения. И сообщу твоему руководству свое особое мнение. Теперь контрразведка знает, где искать этих типов. Что еще надо? Арестовать, да и дело с концом.
– Не мне вас учить, товарищ генерал. Но ведь у них наверняка есть пособники, поставщики оружия, компонентов для СВУ, есть не выявленные боевики, которых готовили вместе с Байматовым и Наргизовым в одной группе для заброски на Северный Кавказ. Не факт, что задержанные сдадут остальных, да и всю цепочку, способы связи и так далее и тому подобное. Я передам им деньги и буду осуществлять общее руководство здесь, на месте. Жаль, пока нет возможности добраться до этого Хабиба. Афганский след – это любопытно.
– Ну какой там след? Обучался в Афгане, и все. Судя по всему дезертир. Твои нынешние коллеги могли бы постараться выяснить, кто он. Примерный возраст и национальность позволят вычислить его подлинные имя-фамилию. Перебежчик-дагестанец.
