Я таю от этих слов, крепко его сжимая. Как я оказалась так близко к потере всего этого? Я просто упаковала вещи в автомобиль и уехала, как будто могла повстречать другого такого же мужчину.
Как будто могла найти такую же настоящую любовь.
Я поднимаю голову.
— Обещай мне, что ты никогда не будешь отталкивать меня снова, — требую я. — Я имею в виду, Эмерсон, что бы ни случилось, мы будем бороться с этим вместе. Я не могу потерять тебя. Снова.
— Обещаю, — клянется он, и по уверенности, горящей в его глазах, я понимаю, что он говорит правду.
— Потому что я тебя не оставлю, — говорю я. — Больше никакие твои слова не заставят меня развернуться и уйти. Я твоя. Навсегда.
— Навсегда, — шепотом повторяет он мое обещание и захватывает мои губы в нежном поцелуе.
Я тону в нем. Эмерсон нежно, медленно открывает мой рот языком, скользя пальцами по линии моей челюсти, потом плечам, и опускается к кистям. А после он отступает и, установив со мной зрительный контакт, поднимает мои руки к губам и целует каждую костяшку по очереди, не опуская свой пристальный взгляд, такой темный, страстный и полный определенных намерений.
Меня охватывает желание.
Я снова прижимаюсь к нему, на сей раз целуя горячо и жестко, запускаю пальцы в его волосы и выгибаюсь навстречу. Я хочу его всего, полностью, желаю, чтобы наши тела скрепили клятву, которую мы принесли на словах. Почувствовав его эрекцию, я задыхаюсь, между бедрами уже горячо и мокро. Эмерсон издает стон и внезапно хватает меня за бедра, приподнимая так, чтобы я могла обхватить его ногами за талию. Он шагает через подвал и валится на матрац, я оказываюсь на нем сверху.
Я прижимаюсь к нему изо всех сил и целую в шею, продвигаясь вниз, одновременно с этим жадно скользя руками по его груди. Хватаюсь за край его мокрой рубашки и снимаю ее через голову. Вот он, прямо здесь, все, чего я когда-либо хотела. Как я могла даже думать, что могу без него жить?
Я чувствую жар рук Эмерсона на моей влажной коже, они дарят мне неземное блаженство. Он срывает мою толстовку и сдвигает мокрый лифчик в сторону, чтобы сомкнуть горячий рот вокруг моей груди. Его шершавый язык танцует по моему соску, и я вскрикиваю, закрывая глаза в экстазе. Выгибаюсь навстречу, безумно извиваясь на его коленях. Мне просто необходимо тереться об него, чтобы унять боль, разрастающуюся в глубине моего существа.
Только Эмерсон может мне в этом помочь. Только он может удовлетворить это дикое желание.
Он наконец отрывает голову от моей груди и, задыхаясь, снимает меня с коленей, чтобы снова поставить на ноги. Но они так ослабели от возбуждения, что я вынуждена ухватиться за его плечи, чтобы не упасть. Он уверенно расстегивает мои джинсы и медленно опускает их, мокрые и прилипшие к коже, вниз. Потом на секунду прижимается лбом к моему голому животу, жарко дыша в области трусиков. Каждый новый выдох посылает через меня искрящуюся дрожь. Меня словно прошибает током, который проходит через все нервные окончания, пока не добирается до одного маленького участка между моих ног.
Я издаю отчаянный стон, и Эмерсон наконец снимает и мои трусики тоже. Я извиваюсь возле него, хочу оказаться еще ближе, и когда он прикасается ко мне теплым языком, через все мое тело проскакивает разряд.
«О, мой Бог!»
Он облизывает меня, мягко кружа языком вокруг нежной горошины, пока я не начинаю беспомощно всхлипывать, разлетаясь на осколки. Тогда он хватает меня за бедра и поднимает, чтобы затем уложить на узкий старый матрац, который возмущенно скрипит. Но я так поглощена своими ощущениями, что не обращаю на это внимания.
Наверху бушует ураган, но здесь мы в безопасности. Только мы вдвоем, и наша любовь ярко горит между нашими телами.
Эмерсон избавляется от своих джинсов и нижнего белья, потом становится на колени возле меня, полностью голый. Я приподнимаюсь и обнимаю его лицо ладонями, оставляя на лбу, носу, великолепных скулах множество крошечных поцелуев. Сердце подскакивает, когда он склоняется надо мной. Его упругие мышцы отливают золотом при свете свечей. Боже, я могу любоваться им вечно, впитывая взглядом его великолепные изгибы, как у ожившей древнегреческой статуи…
«Насмотришься позже, — шепчет голос внутри моей головы. — Сейчас тебе необходимо его почувствовать. Каждый дюйм.»
Я откидываюсь назад, утягивая Эмерсона за собой, и раздвигаю ноги шире. Он располагается надо мной, и я выгибаюсь, затаив дыхание, в ожидании его грубого вторжения. Но Эмерсон замирает, сжимая меня за бедра, чтобы удержать на месте. Я издаю недовольный стон, но он отстраняется и затем целует так нежно, что у меня перехватывает дыхание.
И тогда наконец входит в меня, медленно, по дюйму.
— Это — мое самое любимое место в мире, — низкий голос Эмерсона наполнен желанием. — Прямо здесь. В тебе.
Я задыхаюсь, чувствуя, как он скользит во мне, заполняя полностью, заставляя кипеть кровь. Мои вены зудят от сильного, бархатного желания. Я хнычу, борясь с охватывающим меня удовольствием. Сжимаюсь вокруг него, утопая в вихре эмоций.
