– Че… че… чем? – затрясшись от смеха, не смог сразу выговорить вопрос Вольский.
– Папина любимая присказка, – пояснила Даша, – «не рисковал бы ты, парень, своей мандибулой», или второй вариант, когда кто-то сильно удивлялся, – «мандибулу свою подбери», – рассмеялась легонько она и объяснила: – Так на латыни называется нижняя челюсть черепа человека.
– Отличное название, – похохатывая, показал большой палец Вольский, – возьмём на вооружение, мужикам моим точно понравится. Оценят по достоинству.
– Ну, и что там у вас было дальше? – вернула его к теме их разговора Дарья.
– Ну а что дальше, да ничего, собственно. За «прикрытием» их спин и рук, отсекавших от нас перешедших на мат баб, мы спокойно расплатились по счёту с официантом и ушли, сопровождаемые сзади эскортом из охранников. На выходе парни перед нами извинились и поделились, что называется, «наболевшим», рассказав, что им приходится терпеть от этой тётки, хорошо хоть та редко приезжает. Вот и вся история.
– Ну, что, – кивнула Дарья, поддерживая высказанную ранее Вольским версию о причине странного ведения следствия, – Лямин вполне может решить, что та ваша давняя разборка тянет как минимум на мотив.
– В моём случае ему посложней будет, чем с тобой. У меня в свидетелях сам Волков. А обидеть дядю Митю в этом городе – приблизительно то же, что пожаловаться в блоге твоим мамочкам, что тебе не дают работать с их детьми. Я ж тогда к нему после встречи с кабаном, – усмехнулся Саныч, напомнив Дарье момент их знакомства, – в первый день отпуска только к вечеру приехал. Мы с ним разговорились, как водится, засиделись, правда, не до часу ночи, но разошлись за полночь точно. Вот и проверим, что гражданин следователь мне выкатит. И по результату нашей с ним беседы сделаем выводы: у кого-то влиятельного что-то «подгорает» из-за этого убийства или просто гражданин Лямин такой тупой.
– А может, всё совсем не так, как мы думаем, – предположила Дарья, – и им тут просто всем пофиг на расследование, главное – поскорей бы дело закрыть, чтобы отчётность не портить. К тому же из-за этого урагана у них трупов за сутки столько, сколько и за месяц не бывает?
– Может, и так, – согласился Саня. – Но лучше просчитывать наперёд вероятность негативных вариантов. Знаешь, как говорят: «Пессимистом быть выгодно – ты либо приятно удивлён, либо снова прав». – Глянув на часы на руке, Александр махнул рукой, подзывая официанта, чтобы рассчитаться. – Вот мы и посмотрим, получив дополнительные сведения. Через пятнадцать минут у меня встреча с гражданином следователем. – И спросил у Дарьи: – Тебе вызвать такси?
– Нет, – отказалась она, – пойду прогуляюсь по набережной, подышу воздухом. Подумаю. Если ты не планировал потом по каким-нибудь делам ехать, то позвони, когда вы закончите с Ляминым беседовать, заберёшь меня, и вместе вернёмся в Николаевку.
– Принял, – кивнул, подтверждая, Вольский.
Сначала Дарья дошла пешком, благо было недалеко, до пострадавшего дома Игоря Васильевича, до сих пор номинально считавшегося сданным Даше с мамой и Павлушей в аренду. Ну, собственно, почему номинально? Вполне себе реально: договор-то никто из сторон пока не расторгал, да и деньги за первую половину срока аренды Дарьей были уплачены.
Н-да… Дом, конечно, не развалился, но получил преизрядные повреждения: целая секция красивого кирпичного забора рухнула вниз участка, снесённая огромным стволом древней ели, к этому моменту уже распиленного на несколько огромных блоков. Крона ели повредила крышу, одна из веток, словно шпагой, пробила окно на первом этаже и, отпиленная, лежала теперь в комнате, а ветка поменьше выбила стекло на втором этаже. Половина участка и подвал были залиты потоком, ну и первый этаж, где вода поднялась сантиметров на двадцать пять, оставив отметины о своём рекордном уровне затопления на его стенах. Такое ощущение, что река, сменив русло, просто текла какое-то время через этот многострадальный дом.
Жуть! Бр-р-р… Осматривая картину разрушений, Дарья невольно передёрнула плечами от мысли, что они могли застрять в этом доме во время урагана.
Сейчас-то вода спала и ушла, но оставила после себя жуткую грязевую жижу, изрядно «нафаршированную» различным мусором, не считая ломаных веток, которая, постепенно застывая, грозилась превратиться в субстанцию по крепости близкую к бетону. Потому-то Игорь Васильевич с Антоном и ещё тремя незнакомыми Дарье мужчинами спешным порядком выгребали этот «суп-пюре» из дома лопатами.
Даша, коротко переговорив с Игорем Васильевичем, уверила того, что не станет требовать немедленного возврата денег, понимая, в какой они ситуации, чем, оказалось, сильно его успокоила. Она прошлась, как смогла и где смогла, по участку и дому, сняв видео со своими комментариями. Вот только попасть на второй этаж, чтобы взять хотя бы самое необходимое из их вещей, не имелось никакой возможности – вход на лестницу перекрывал буквально впечатанный в неё мощным потоком комод, ещё и придавленный «для верности» той самой здоровенной веткой, протянувшейся от окна через комнату до самой лестницы. Жесть полная.
