Где-то Саня прочитал чью-то цитату: «Большинство людей счастливы настолько, насколько они решили». Согласиться с данным изречением в части, касающейся счастья, он не мог, поскольку не переживал столь глубокого чувства в личных взаимоотношениях, но точно может подтвердить правдивость основной канвы его посыла: как человек определил про себя отношения с близким человеком, так они для него и складываются и звучат. Почему-то тогда он решил, что хорошего, дружеского отношения и секса вполне достаточно для создания семьи, тем более когда знаешь человека давно и тешишь себя иллюзией, что он для тебя прозрачен, полностью тебе понятен и предсказуем. И сильно поражаешься, когда оказывается, что живёшь с незнакомцем, который имеет совершенно иные желания, установки и жизненные цели – не те, что ты себе напредставлял.
Ещё в конце их с Ленкой не расторгнутой «семейной» жизни у Сани сложились серьёзные отношения с замечательной девушкой Ларисой, служившей в их части в отделе кадров. Вот с кем у него всё получилось именно так, как желал ему дядя Митя. Она ждала и встречала его со службы, заботилась о нём и искренне переживала за него, была прекрасной хозяйкой и очень пылкой любовницей, только…
Вот ведь, блин, эти наши жизненные «только» да «но»!
Неинтересно было Александру с ней… Вот такая херня.
Неинтересно, причём прямо до тоски какой-то, и всё тут: не совпадали они ни привычками житейскими, ни уровнем интеллектуальным и, главное, совершенно не совпадали юмором.
Прожил он с Ларисой почти три года, детей не родили и не поженились, даже после его развода с Ленкой. И разошлись практически безболезненно – Александра перевели в другую часть на новую должность с повышением, а Лариса осталась в прежней части и на той же должности.
Понятно, что Вольский не оставался один, без женской любви, в общем-то, заботы и ласки, но не зацепило его всерьёз ещё ни разу, да так, чтобы до сердца, так, чтобы…
Ну вот так, сложилось как сложилось.
Ладно, – одёрнул себя Саныч недовольно, какого, спрашивается, хрена растащило его воспоминаниями и осмыслениями своей кривоватой личной жизни?
«Ладно, – ещё раз повторил он, резким выдохом освобождаясь от загруза мыслями на не сильно радующую тему, – проехали, идём далее по курсу». Он вышел из душевой кабинки, вытерся насухо несколько даже с излишней, пожалуй, силой от недовольства настроениями и размышлениями, захватившими его, и пошлёпал в комнату.
Соседский дом был поменьше дома Дмитрия Егоровича если не в два раза, то в полтора уж точно, но построен, как любит говаривать её бабушка, «по уму», то есть продуманно, основательно и добротно. Понятно, что какой-то ландшафтной красоты на участке не следовало ожидать, поскольку, как поняла Дарья, никто постоянно в доме не живёт, а потому регулярно ухаживать за растениями и газоном точно некому.
Но по периметру забора были высажены молоденькие сосенки, обещавшие в будущем стать стройными, пышными южными красавицами. Имелись также в задней части двора несколько фруктовых деревцев, ещё тоненьких, не набравших силу. А в общем и целом просто земляная площадка, чистая и выровненная, «расчерченная» дорожками, выложенными каменными плитами, ведущими от ворот к дому и к хозяйственным постройкам на «заднике» участка.
Дарья решила, что первым делом надо прояснить и понять для себя основные, можно сказать, «стратегически» важные моменты, то есть: как обстоят дела со спальней, пусть хотя бы одной, но желательно большой, чтобы они могли комфортно в ней устроиться втроём, найдётся ли комната, в которой можно проводить приём деток, и с каким-нибудь удобным углом, где можно выставить свет для ведения блога. Потом важно, как обстоят дела с оснащением коммуникациями, с кухней и ванной комнатой. Ну а если все эти основные параметры им подойдут, то остальное можно осмотреть более подробно и детально.
Держа в памяти то, что говорил Дмитрий Егорович про второй этаж и выше, на которых не завершена ещё отделка, Дарья подумала, что вот оттуда и следует начать осмотр дома.
Она поднялась по симпатичной деревянной лестнице на второй этаж и остановилась, прикидывая, за которой из трёх дверей, выходящих в коридор, может находиться главная хозяйская спальня, и рассудила, что, скорее всего, за той, которая находится на площадке прямо напротив выхода с лестницы.
А впрочем, – махнула она рукой, – какая, по сути, разница, хозяйская там спальня, или какая детская, или гостевая – поищет она методом «научного тыка» и посмотрит все три. И, открыв дверь, шагнула в комнату.
В тот же самый момент, когда она переступила через порог, открылась вторая имевшаяся в комнате дверь, по всей видимости, разделявшая спальню и ванную комнату, и оттуда вышел Вольский…
Голый. Даже не прикрытый каким-нибудь полотенчиком – то есть совсем, первозданно голый…
Застигнутые врасплох, совершенно не ожидавшие и даже не предполагавшие, что могут встретиться в доме, особенно в таком моменте, они замерли, поражённо уставившись друг на друга…
