— Нет, давай попробуем снова. Что случилось, Джесси?
— Я не ожидала, что у тебя такой хороший автомобиль.
Бретт ухмыляется:
— Я мечтал о «БМВ» с тех пор, когда был еще прыщавым подростком. За эти годы я сумел накопить достаточно денег, чтобы внести большую предоплату, так что примерно полгода назад купил ее. А теперь, если не возражаешь, давай поедем. Я очень голоден. Если вдруг хочешь поговорить, не стесняйся.
— Хорошо, — улыбаюсь я. Бретт заводит машину и выезжает с парковки. По дороге в ресторан мы немного разговариваем, и я начинаю расслабляться. Он просто обычный парень, детектив, они не зарабатывают миллионы. Мне стоит напоминать себе об этом почаще. Ну, то есть пока он не подъезжает к ресторану «Лэнгли».
— Боже мой, мы не можем пойти в «Лэнгли»! — визжу я.
— Почему нет? — испуганно спрашивает Бретт.
— Там же безумно дорого! — продолжаю визжать я так громко, что местные собаки наверняка уже несутся в нашу сторону.
— Ладно, выкладывай, Джесс. Сначала ты возмущалась о моей машине, теперь о ресторане. У тебя какие-то проблемы с деньгами?
— Нет, — опускаю взгляд на колени, стыдясь своей реакции. — Мне жаль. Это было очень грубо с моей стороны.
— Скажи мне.
— Я... эм, я... мы можем просто пойти и поесть?
— Конечно, как только ты поговоришь со мной. Я за пару минут разгружу наличку из багажника, и мы сможем пойти внутрь, — подмигивает он. Я знаю, что Бретт пытается поднять мне настроение. Большую часть времени мне нравится эта его черта, но сейчас ничего не получилось.
Черт. С начала нашего свидания прошло пятнадцать минут, а я уже веду себя, как дура. Либо мне стоит сказать правду, либо он может подумать, что я ненормальная. Не уверена, что хуже.
— Деньги и дорогие вещи ставят меня в неудобное положение. Я не привыкла к роскоши. Моя семья не считалась нищей, но огромными деньгами мы не владели. Мой отец ушел от нас, когда я была еще малышкой. Мама в одиночку растила меня и моего брата, Эрика. Она работала помощником адвоката в юридической фирме и зарабатывала достаточно, чтобы оплачивать счета, но на дорогие вещи или предметы роскоши денег не оставалось. Я ходила в Государственную школу в очень богатом районе Чикаго. Если ты не носил брендовые вещи или у тебя не было новенькой тачки, то на тебя смотрели свысока. Мама тратила все деньги на то, чтобы у нас были хорошие вещи, но сама ходила в одних туфлях в течение многих лет. Я всегда чувствовала себя виноватой, и, вероятно, меня это мучает и по сей день, — делаю глубокий вдох, чувствуя себя еще более неловко, после того, как излила ему душу. Бретт берет меня за руку и оставляет легкий поцелуй, успокаивая мою нервозность, затем опускает её на своё бедро и накрывает своей рукой.
— Ладно, вполне объяснимо. Теперь позволь рассказать о себе. Мои родители педагоги, я тоже не вырос на Беверли-Хиллз. Вероятно, нам было лучше, чем тебе, потому что работали оба родителя, но у меня есть две старшие сестры, которые не похожи на тебя. Они не чувствовали никакой вины, выпрашивая брендовые вещи. Папа работал сверхурочно, тренировал футболистов после школы, чтобы заработать дополнительные деньги. Он учил меня, что если чего-то хочется, то нужно стараться изо всех сил, чтобы осуществить свою мечту. С тринадцати лет я начал стричь траву, чтобы заработать карманные деньги. К восемнадцати годам у меня уже была небольшая империя. Ладно, может, это преувеличение, но именно такое ощущение у меня складывалось в те дни. Я нанял двух ребят для работы со мной, чтобы брать больше заказов. Нас нанимали, потому что мы просили немного, зато упорно работали. В конечном счете, мы подстригали все дворы в нашем районе. В старшей школе я посещал курс экономики, там нас учили как заработать на фондовом рынке. Наверное, я стал немного зависимым. Что могу сказать в свое оправдание? Мне нравится дух соревнований. Благодаря отцу, я на самом деле начал вкладывать свои деньги. И продолжил это дело в колледже. Но могу сказать, что жил на широкую ногу, однако работал только в летний период, когда приезжал домой. Джесс, я все понимаю. Когда ты растешь, любые мелочи способны повлиять на твои взгляды. Но мне нужно, чтобы ты поняла меня, именно поэтому мы до сих пор сидим в машине. Я езжу на хорошей машине, нахожусь на свидании с сексуальной женщиной и собираюсь отвести ее в ресторан, чтобы она заказала самое дорогое блюдо в меню. И меня все устраивает, потому что я упорно тружусь и могу позволить себе многое. Поверь мне, красавица, оно того стои, — Бретт перестает говорить и потирает мою щеку большим пальцем. — Теперь поцелуй меня, и мы пойдем есть.
После его объяснения, я вздыхаю с облегчением. Для меня это был неудобный разговор, но благодаря Бретту мне стало лучше. Он легко и просто устранил напряжение между нами. Поэтому я наклоняюсь и показываю свою благодарность страстным поцелуем, который приводит к пятнадцатиминутным объятиям.
— Боже, женщина, наша бронь не вечна, — мужчина улыбается, когда я проникаю руками под его рубашку.
