Ферн сначала не поняла, что он хотел сказать очередной цитатой, пока не посмотрела на витрину пекарни и не завизжала от восторга, как маленькая девочка, встретившая кумира. Полки были завалены сахарным печеньем: на яркой глазури Эмброуз нарисовал незатейливые рожицы – и хмурые, и улыбающиеся. Ферн купила десяток разных и решила, что сама не съест ни одного и другим не даст. Она хотела сохранить их на память о той ночи, когда ей удалось рассмешить Эмброуза Янга. Может, забавное лицо – это не так уж плохо?
Ферн отыскала маркер и написала прямо под сообщением Эмброуза: «Печь Печенье или корчить рожицы?» Затем она обвела «печенье», чтобы он понял: она заметила сюрприз, и чуть ниже пририсовала маленький смайлик.
Следующим вечером на доске появилось новое сообщение: «Вафли или оладьи?» Эмброуз обвел оладьи. Примерно через час в дверях появилась Ферн в бледно-розовой футболке, белых джинсах и сандалиях. Кудряшки разметались по спине. Она уже сняла ярко-синий фартук супермаркета «Джоллис» и слегка подкрасила губы блеском. В голове Эмброуза крутилась одна мысль: есть ли у этого блеска вкус?
Он отвернулся.
– Привет! В общем… я тоже люблю оладьи. – Ферн скривилась так, словно призналась в чем-то стыдном или глупом.
Эмброуз понял, что ей по-прежнему немного страшно говорить с ним, но винить ее в этом было нельзя: сначала он вел себя не очень-то дружелюбно.
– Ты ведь завтра не работаешь? По выходным приходит миссис Любке? – продолжала она так быстро, словно заранее подготовила речь.
Он кивнул.
– Не хочешь поесть оладий? Мы с Бейли иногда ходим в «Ларрис» по ночам. В кафе после полуночи мы чувствуем себя по-настоящему взрослыми.
Ферн улыбнулась. Эту фразу она явно не готовила заранее. Эмброуз заметил ямочку на ее правой щеке и не мог отвести от нее взгляд. Ферн вдруг перестала улыбаться, и ямочка исчезла.
– Э-э, да, конечно, – поспешно ответил Эмброуз, осознав, что еще не сказал ни слова, и тут же пожалел, что согласился. Он не хотел идти в «Ларрис». Кто-нибудь мог его увидеть.
Ямочка вернулась. Ферн просияла и немного покачалась на носочках.
– Отлично. Я заеду за тобой в полночь, хорошо? Нам придется взять фургон Шинов. Ну, знаешь… из-за коляски. Ладно, пока. – Ферн скрылась за дверью.
Эмброуз улыбнулся. Она была невероятно милой. Как будто ему снова тринадцать и он идет на первое свидание в боулинг-клуб.
Есть что-то успокаивающее в полуночных оладьях. Эмброуза обдал аромат теплого масла, кленового сиропа и малины. Он обрадовался возможности насладиться едой в неурочное время и почти забыл о любопытных взглядах и безуспешных попытках окружающих вести себя так, будто с его лицом все в порядке. Бейли провел их в сонный зал, к столику в дальнем углу, где было достаточно места для его кресла. Ферн шла следом, а Эмброуз старался не смотреть по сторонам и не считать посетителей кафе. По крайней мере, за соседними столами никого не было. Ферн остановилась, позволяя Эмброузу выбрать место, и он скользнул на диван – туда, где мог сидеть, повернувшись к залу левым боком. Ферн уселась напротив, устраиваясь поудобнее. Ноги у Эмброуза не помещались под столом, он пытался передвинуть их и нечаянно задел теплую тонкую щиколотку Ферн. Она не отодвинулась. Бейли примостился сбоку. Ферн осторожно помогла ему положить руки на стол так, чтобы он мог есть. Она сделала заказ для них обоих – очевидно, Бейли доверял ее выбору.
Официантка смотрела на них удивленно. Вдруг Эмброуз понял, как странно они выглядят. За полночь, кафе почти опустело, их комичная компания отражется в темных окнах.
В черной кепке и черной футболке, с изуродованным лицом, Эмброуз выглядел довольно грозно. Не будь с ним парня на коляске и рыжеволосой девушки с хвостиками, он вполне походил бы на маньяка из фильма ужасов.
Коляска Бейли ниже, чем диваны, он горбился и казался меньше, чем был на самом деле. На нем была толстовка Hoosiers и бейсбольная кепка, надетая задом наперед. На плечи Ферн падали вьющиеся хвостики. Эмброуз посмотрел на ее желтую майку и усмехнулся, глядя на надпись: «Я не коротышка, у меня идеальный рост». Он был абсолютно с этим согласен, ведь ему так хотелось поцеловать улыбающиеся губы Ферн и обнять ее тонкую талию. Она была похожа на Мэри-Энн из «Острова Гиллигана»[45], разве что та шатенка. Все в ней казалось ему привлекательным. Эмброуз мысленно влепил себе пощечину и прогнал эти мысли. Это не свидание, это просто вечер оладий. Поцелуя на прощание не будет – ни сегодня, ни завтра, никогда.
– Не могу дождаться, когда принесут еду, – вздохнула Ферн, довольно улыбаясь, когда официантка ушла. – Я ужасно голодная.
Мягкий свет лампочки, висящей над головой Эмброуза, не позволял ему спрятаться от Ферн, сидящей прямо напротив. Он мог разве что отворачиваться к окну, чтобы она не видела шрамов. Но Эмброуз тоже был голоден, и в конце концов ему надоело об этом думать.
